Новенькая? – киваю. – Понятно. Платон, свали отсюда, – грубо отшивает парня. Он ухмыляется, показывает ей средний палец и отступает все туда же, в компанию моего сводного. – Хочешь дружеский совет?
– Конечно.
– Не связывайся с ними и нервы твои будут целее. Да и не только нервы, – хмыкает брюнетка. – Идем, – машет головой в сторону лестницы. – Нам пора окунуться в мир знаний, – с сарказмом копирует речь одного из преподавателей лицея.
Глава 8
Артем
Уронив голову на вытянутые руки, слушаю куратора. Она рассказывает про важность этого учебного года, повышенные нагрузки, предстоящие экзамены и праздник в честь начала нового учебного года, который состоится в субботу.
Дашка запустила свой маникюр мне в волосы. Приятно массажирует больную голову. За спиной Макс с кем-то тихо трындит по телефону. Судя по хриплым ноткам в голосе, со своей новой подружкой.
– Авдеев, мобильный сюда неси, – его спалила наша Анастасия. – Давай-давай, Макс. У матери потом заберешь.
– Не надо, – жалобно стонет друг.
– Надо! – строго отрезает куратор.
– В этом году с дисциплиной тоже будет строго. Вы совершенно распоясались. На общем собрании для родителей старших классов нас слезно просили принять меры. И если кто-то не хочет драить унитазы в туалете у началки на виду всего лицея, очень рекомендую вести себя адекватно, – и смотрит почему-то на меня.
Ну класс, что! Я даже догадываюсь, кто сильнее всех настаивал на такого рода наказаниях.
Макс со страдальческим видом сдает телефон. Ему тоже от маман прилетело за ночной загул, а тут еще залет прямо с утра.
Чую, будет взрыв. Директриса у нас дама жесткая и очень принципиальная. Сына вырастила без мужа. Теперь старается слепить из него мужчину.
Ищу взглядом Элю. Фамилия у нее интересная и знакомая. Слышал я ее уже. Никак не могу вспомнить, где.
– Макс, – поворачиваюсь к другу.
– Что? – расстроенно водит ручкой по тетрадному листу.
– Шерро. Не знакомо тебе? – морщится, напрягая мозг. Машинально хлопает по карману в поисках телефона, чтобы загуглить, и взгляд его еще больше тускнеет.
– Харе грузиться. Сам виноват. Кто так палится? Нельзя было до перерыва подождать с разговорами?
– Нельзя. Фамилия знакомая, ты прав. Но нет… не помню.
– Футболист такой был, – с дальней парты отвечает Платон. – Погиб относительно недавно. На тачке вроде разбился или что-то такое.
– Мальчики! – осаживает нас Анастасия.
Кивнув Калужскому, разворачиваюсь в сторону доски.
«А ты у нас непростая девочка, оказывается?» – снова смотрю на Элю.
