У меня сводит горло от желания ощутить вкус этой алой жидкости на своих губах.
– Я меняю твой статус, сводная, – вновь смешиваю наше дыхание. – Ты теперь моя девочка, – глажу пальцами скулу. – И больше никто. Никто, слышишь меня?! Не имеет на тебя прав!
Задыхаясь от ярости и желания, прижимаюсь к ее губам своими и уже почти тону в этом ощущении, как дверь распахивается…
– Ты что творишь, маленький засранец?! – получаю ощутимый удар ладонью между лопаток. Ещё один. И еще… Рефлекторно закрываю собой шокированную Элю.
– Ба, хватит! – ору на очень злую бабушку. – Ты опять не стучишь?!
– Я тебе постучу сейчас, Северов! Так постучу, что ты неделю сидеть не сможешь! Пошел вон из ее спальни! Я сейчас отцу все скажу. Неуправляемый! Бессовестный! Паша! – кричит в коридор. Я успеваю развернуться и продолжаю закрывать Этель теперь горячей спиной. Бабушка поднимает с пола мои костыли, всовывает их мне в руку. – Вон отсюда, я сказала! Она сестра тебе!
– Сводная! – рычу в ответ.
– Вышел! – уперев одну руку в бок, второй указывает мне на дверь.
Сейчас проще подчиниться, иначе прилетит еще и моей девочке. А ей прилетать может теперь только от меня. От остальных я на себя принимаю. Тем более, никто не мешает мне вернуться в эту комнату позже и продолжить наш интересный разговор. У меня остались вопросы…
– Мало того, что всю больницу переполошил своим побегом, еще и такое устраивать! – не успокаивается бабушка, двигаясь вслед за мной. – А если бы я не зашла?
«Не обломала бы нам первый поцелуй!»
Но я молчу.
В данном случае это самая правильная тактика. Пусть выговорится. Мои аргументы сейчас не сработают. Бабушка подталкивает меня в спину на эмоциях. Захожу, кидаю костыли рядом с кроватью, сажусь и внимательно смотрю на нее.
– Тебе не хватает мужского воспитания. Я сегодня же буду говорить об этом с твоим отцом. Или он занимается тобой… Я найду, как на него повлиять!
– Ба, ну хвати уже. Поздно меня воспитывать. Я вырос давно.
– Завтра же вернешься в больницу.
– Не хочу я туда.
Я дома буду лежать. И на процедуры отсюда могу ездить.
Как я и говорил, она меня не слышит. Погрозив мне пальцем, как десятилетке, уходит громко хлопнув дверью. Прислушиваюсь к шагам. Проходит мимо комнаты Этель. К отцу, скорее всего. Сейчас будет отрываться на нем.
Ищу свой телефон. Надо сделать один важный звонок, чтобы этот вечер считался завершенным. Машинально облизываю губы. Тело тут же реагирует на вкус нашего поцелуя. Мышцы напрягаются, тянутся.
