Любимая игрушка Зверя

Как же точно кличка подобрана. Он как огромный дикий кот. Лев. Тигр. Ягуар. Расслабленный. Ленивый. Невозмутимый. Сытый хищник. Но это только на первый взгляд. Он жаждет крови. Готов к прыжку. В любой момент. Рыщет, загоняет добычу, забивает в угол. Разрешает выскользнуть, продлевает игру, намеренно растравляет собственное ненасытное нутро. Мир всегда под ним. Под его клыками и когтями.

А я? Простая. Обычная. Заурядная. Невзрачная.

Но черт. Тут как в шахматах. Чтобы лучше играть, нужно сходиться в схватке с тем, кто гораздо сильнее и опытнее тебя.

Проклятье. Проблема в том, что в отличии от шахмат, тут у меня совсем нет никакого опыта. Ни капли. Ноль. Пустота.

Ощущаю себя деревяшкой. Ледышкой. Хотя… Ник способен заставить гореть. Пылать. Исторгает из тела порочную музыку. Высекает искру за искрой.

- Никита, - тихо повторяю я. – Ник.

Мне нравится, как ощущается его имя во рту. Мягко. Очень. Гораздо мягче, нежели он сам. И уж точно мягче, чем его гигантский возбужденный член.

Замечаю выразительный бугор между мощными длинными ногами.

Зверь ухмыляется шире.

И сдергивает с меня свою куртку. Избавляет от остальной одежды и от обуви. Действует резко и жестко, отбирает шанс помешать ему, отстраниться. Безжалостно пресекает все попытки сопротивления. Обнажает желанную плоть, оголяет до самой сути.

Трудно дышать. Нереально. Воздух забивается в груди.

- Что ты творишь? – глупый вопрос, но других у меня нет.

- Готовлю, - хмыкает, припечатывает единственной фразой: - Я голоден.

Дрожь по жилам проносится. Внутри разливается изморозь, а после пламя сжигает дотла все сомнения. Вожделение. Ожидание. Предвкушение. Ничего больше. Никогда. С ним всегда так. Правила неизменны.

Ник надевает на меня колье. Застегивает ловко, мгновенно защелкивает, будто давно практикует подобное. Наряжает женщин в дорогущие украшения.

Теперь и дышать страшно. Драгоценность леденит чувствительную кожу. Холод сковывает шею, оплетает плечи и грудь.

Блеск камней ослепляет.

Я не узнаю себя… в нем.

Кто это? Кто я?

Мысли гаснут. Разбиваются о грани сверкающих бриллиантов. Бесплотными осколками осыпаются вниз, оседают на грешной земле.

Где мы? В небесах. Адских. Жарких. В геенне огненной.

Ник продолжает свой ритуал.