На Играх я буду выступать в полную силу, отдавая всю себя нашей цели, но сейчас мне нужно уйти. Потому что я не могу здесь больше оставаться.
По крайней мере, до тех пор, пока капитаном нашей команды оставался Кайден Ритчер.
И я ушла, а Мисса побежала за мной следом. Возле двери она меня догнала, принялась бегать вокруг, просясь на ручки, и я ее подхватила, а затем посадила в сумку.
За мной отправилась Риз, а Ясмина принялась собирать оставшиеся пирожки. Уже скоро Риз остановилась возле нашего капитана:
- Ну и дурак же ты, Кайден Ритчер! - сказала ему.
- Я тоже отказываюсь посещать подобные сборища. Можете сидеть здесь и дуться сколько хотите, но уже без нас! - после чего подхватила подоспевшую Ясмину под руку.
Мы вышли за дверь, затем устроились на подоконнике в дальнем конце коридора. Я пару раз всхлипнула, но плакать не стала, хотя переживала из-за несправедливого обращения и диких обвинений со стороны Кайдена.
Вместо этого мы принялись кормить Миссу пирожки, пока не решили, что на этом хватит, иначе она разболеется от обжорства.
Внезапно явился Эджей и сказал, что он со мной.
То есть, с нами."
"По его мнению, Кайден был неправ, и я не заслужила подобных слов. Эйдан тоже на моей стороне, но он остался с кузеном и пытается его урезонить, а Томас с Декстером пока еще ничего не понимают.
Тут в коридоре появился еще и Декстер. Подошел, обнял Ясмину, а та прильнула к его груди. Он уставился на Миссу, а затем спросил, как зовут этого красного заморыша дракона.
Виверна икнула, после чего принялась к нему ластиться, и делала это так долго, пока он все-таки ее не погладил, а на лице не появилась улыбка.
Судя по всему, Мисса умела завоевывать людские сердца, и у нее это получалось намного лучше, чем у меня.
Тут по коридорам разнесся усиленный магией голос - нас всех приглашали на праздничный ужин, а Кайден так и вышел из аудитории. Зато мы с Миссой неожиданно получили вызов к декану.
В смысле, к нему вызывали меня, но я решила, что это как раз по ее поводу.
***
Глава Тайной Службы короля Эвана МакГилла любил работать – и делал это старательно и въедливо. Мог часами изучать документы и отчеты, затем, погрузившись в задумчивость, он раскуривал одну трубку за другой, размышляя о ситуации. Строил сложнейшие планы, после чего давал задание нужным и правильным людям.
Он всего считал, что служит на благо Нерлинга, своей любимой страны, которая так много ему дала.
