Снова я лажаю! Сын ведь обязательно ощетинится… Идиот ты, Елагин!
Злюсь на себя, пока иду до машины, веду их за собой. Алиса не сопротивляется. Она все-таки достаточно разумна, чтобы понимать — шутки кончились, и, к сожалению для нее, как бы не хотела сбежать, а придется терпеть. Это еще один плюс ей в копилку, кстати. Как матери. Знаю, что ей быть рядом со мной не хочется совсем, но сына она ставит на первое место. Если бы не Давид, или было бы все иначе — уехала уже давно.
А она здесь…Алиса улыбается Давиду, пока пристегивает его всеми этими чудными ремнями, в которых я вообще не понимаю ничего, он ей отвечает.
Светло так, по-теплому. Связь у них большая, настоящая…Нет, не представляю себе мира, в котором эту парочку можно было бы разлучить. Не представляю мира, в котором я бы согласился это сделать — никогда и ни за что. Единственное, мне бы очень хотелось стать частью их мира — это да. Но от того, что пока выходит как-то кособоко и неуклюже, я не собираюсь ловить за хвост злость и месть.
Так ведь тупо это…Даже если не выйдет, Алиса никогда не потеряет сына. Я, может быть, дерьмо, но и во мне есть что-то святое."
"- Алис, подожди, - зову ее тихо, останавливаю у пассажирской двери, потом опускаю глаза.
К сожалению, после моей глупости, она от меня на расстоянии в целую Вселенную, а не вытянутой руки. Ладно, буду ругать себя и дальше, только не сейчас. Нужно не трепаться, а делать.
- Прости меня за то, что вчера было. Я…
- Ничего.
- Алис…
- Я не хочу это обсуждать!
Отвечает как-то резко и слишком нервно, и да, мне удается уловить на дне чистых глаз волнение и смущение.
А еще — огоньки. Понравилось. Хоть легче немного стало, поэтому отступаю. Не буду давить, на нее давить — себе дороже. Вместо этого я открываю дверь и приглашаю залезть внутрь.
- Если так, то прыгай.
Что-то опять сказал не так, отлично. Алиса одаривает меня одним из самых убийственных взглядов из своего арсенала, но залезает в машину. Хоть так…и на том спасибо, как говорится.
И опять эта гнетущая тишина, чтоб ее…До города чуть меньше часа ехать, а как будто вечность.
Атмосфера между нами — мрак. Чтобы это не поменялось, Алиса сунула Давиду телефон с наушниками. Понятно, отметает любые возможности нам поговорить. Круто. Но это сделать все равно надо, и момент наступает, когда мы отдаем Давида в детскую комнату торгового центра.
Он — счастлив до безумия, уже забыл о том, что родители существует, понесся к бассейну с пластмассовыми шариками.
