- Мам, что происходит?
- Алиса, не шурши мне в ухо, щекотно! А что происходит?! - «типа» не понимает, глазами сама часто хлопает и улыбку прячет, - Мы едем отдыхать! Закрывай дверь, ждем тебя внизу!
И сбегает, главное. Нет, либо они действительно что-то задумали, либо я схожу с ума. Но что? Я узнать смогу, только когда сделаю шаг за свой порожек — иначе никак.
А страшно… и все равно я его делаю…
Наш огромный двор сегодня забит до отказа. Выходные. Погода еще такая хорошая, солнечная, так что мы выходим и попадаем в целый ворох друзей Давида.
Только вот он к ним не идет, махает только и с гордостью тащит вглубь спортивной площадки, где уже установили сцену. Зеваки собираются в толпу, дети смотрят с интересом. У нас вообще во дворе это не редкость. Управляющая компания раз в месяц устраивает что-то похожее, правда никогда вот с таким вот размахом — это в первый раз. Вон и шариков куча, аниматоров разных, даже сладкую вату собираются продавать. Нет, вы только гляньте — шикарно же. Интересно, какая тема?
Но я не успеваю об этом как следует подумать, потому что через мгновение замираю: на сцену выходит Олег.
Нет. Не может быть.
Я хлопаю глазами глупо в надежде сморгнуть этот морок, а сердце так бешено стучит в груди — дышать аж сложно. И он такой красивый… В светлой футболке, как Давид, только без бабочки. Весь из себя… статный, тянущий взгляд. Я замечаю, как по толпе матерей-одиночек пробегают восхищенные шушуканья, и это бесит. Серьезно. Меня это просто дико бесит! Как все они смотрят на него, а он только на меня… Улыбается, показывая ямочки…
Ох, нет, мое сердечко такого точно не выдержит.
Но это что еще? Ему выносят гитару.
?????????????????????????? Серьезно?!
Вырывается смешок, Олег его будто слышит, хотя совершенно точно нет — просто ловит мои вибрации. Усмехается в ответ, перекидывая лямку через шею, а потом подходит к микрофону.
- Однажды один потрясающий человек сказал мне, что, когда мальчик любит девочку, он должен спеть ей песню. Конечно, я уже давно не мальчик…
Толпа довольно урчит, посмеиваясь и вторя Олегу, он прикрывает глаза.
- …Но, я думаю, что это считается тоже, если я правда люблю совершенно особенную, веселую, умную и невероятно красивую женщину, которую много лет назад по глупости своей отпустил. Алис…"
"Я резко краснею. Ох, боже… Мамы, которые меня знают, сразу оборачиваются на меня, за ними подхватывают остальные, и как же это неловко… Я не знаю, куда себя деть, боязливо осматриваюсь, потом уже зло впиваю глаза в него.
