А снова вру ведь…
Бывает, что накатывает дикая тоска, и я тогда открываю его профиль. Знаю, как найти, не слежу за жизнью бывшего, но, бывает да, бывает смотрю…Он ни чуть не изменился. Такой же красивый и серьезный. Руководит очень крупной компанией по строительству, живет в Москве. Хорошо живет, к слову, как мы никогда не жили — стал намного богаче даже моего отца. При том во всех смыслах: они с Аленой до сих пор вместе. Это больно, но, наверно, правильно? Я почти за них рада — вру снова. Ненавижу каждую их улыбку на фотографиях, мне ведь до сих пор больно, а счастье их, как заноза в сердце.
Просто это рационально признать, что да, они действительно друг друга любят, тут уж ничего не поделаешь. Только детей у них нет. У Олега есть только Давид.
Так, Алиса, стоп. Давид — только твой. Олег — донор спермы, и вообще! Очень «не факт», что сын от него. Может быть я просто от страха себе придумываю. Он от Леши. Да! От него.
Фух, убедила, кажется, успокоилась. Захожу в офис и сразу натыкаюсь взглядом на моего-кавалера-коллегу-юриста — Семена Андреевича.
Он мне улыбается открыто, сразу подходит, заводит разговор, пока ведет меня до кабинета, а я возьми, да согласись выпить кофе. Потому что да! Пора вылезать из своей скорлупки.
***
Весь день проходит для меня также быстро, как обычно. Я готовлю пару контрактов, перевожу несколько писем, потом провожу международные переговоры. Иногда у меня есть время остановиться, конечно, и я трачу его на сожаления. В ворохе бумажек мне пришлось похоронить свою мечту учить детей — преподавателем я так и не стала.
Университет закончила, конечно, уже в Питере, но на работу устроилась в крупный холдинг из-за денег. На зарплату учителя не прокормишь ребенка, не дашь ему все, чего он заслуживает. Деньги Олега кончились быстро. Мама взяла с собой все свои сбережения, но и они ушли — мы взяли ипотеку на просторную двушку. Дядя Женя нам помогал ее выплачивать, но я же тоже не могу всю жизнь висеть на его шеи, поэтому да, пришлось жертвовать мечтой ради материального.
Но ничего. Когда я покупаю сыну игрушки и одежду, а еще оплачиваю хороший садик — мои жертвы становятся незначительными. Его улыбка — важнее всего, а тот факт, что мне не нужно сводить концы с концами, греет душу. Мы на широкую ногу, конечно, не живем, и все те блага остались далеко за моей спиной — брендовые шмотки, люксовая машина, дорогие украшения. Теперь у меня обычная, но приличная одежда, поддержанный Форд Фокус и бижутерия, но это все мое — я этому рада.
