Любить буду жестко (СИ)

Непроизнесенное слово повисло в тишине кабинета.

— Я в это не верю, они живы, должны быть живы… Но понимаю, тебя заботит как бы я ни сорвалась с крючка. Если уже слишком поздно, то сделка все равно останется в силе. Я не откажусь, заплачу за твои труды, — выплюнула ядовито.

— Дура, — огрызнулся Данте, повернувшись ко мне и пригвоздив взглядом к стулу, — там болота, насекомые, змеи, ебанные волки и медведи. Это не увеселительная прогулка.

— Хочешь сказать, что с лицом, распухшим от комариных укусов, у тебя на меня не встанет? Я возьму репелленты и папину винтовку, так и быть, защищу тебя от страшных волков и медведей! — Сорвалась на крик, еще немного и со мной начнется истерика, от нервного напряжения дрожала каждая клеточка в теле, — Данте, я просто не смогу ждать, больше не смогу сидеть дома и ждать звонка.

Данте серьезно посмотрел на меня, в его глазах горело пламя. Замерла, готовясь услышать отказ.

— Выебу на первой же остановке, ночами хуй из тебя вообще вынимать не буду, — произнес он сурово.

— Спасибо, — пролепетала, будто не слышала его угрозу.

— Теперь иди, мне надо подготовить дела к отъезду, собери вещи и будь готова к девяти, — он сверился с часами, — я за тобой заеду, к утру будем в Кингисеппе. Поспишь в машине.

— Данте… спасибо, что не отказал.

— Я делаю это только для того, чтобы ебать тебя, когда захочу. И ты еще пожалеешь о том, что пришла ко мне, Инга. Я заставлю тебя заплатить за все…

Пожалела о своем решении уже спустя несколько часов, когда Данте подъехал к нашей сталинке на черном внедорожнике и вышел из машины, чтобы забрать у меня рюкзак и положить назад.

В черных джинсах и обтягивающей мышцы белой футболке он был красив, как бог войны, и такой же грозный и неприступный. Невольно залюбовалась загорелыми предплечьями в переплетении вен. Я любила руки Данте, особенно когда он обнимал меня сзади, и я пыталась сомкнуть пальцы на его запястьях и не могла.

Он требовал стать его, но сам никогда моим не был и не стал бы.

— Ты так и не кончила, — произнес Данте, когда мы выехали на трассу. Машину он вел уверенно и расслабленно, словно внедорожник был у него в беспрекословном подчинении, как и я.

— Ты же знаешь, что нет.

— Расстегни молнию на джинсах и возьми рычаг селектора, у меня рука будет занята тобой, — произнес Данте, сосредоточенно глядя на дорогу.