Ее тело реагировало настолько бурно, что, будто бы это не пальцы, а его член сейчас находился глубоко внутри нее. Ее защита дала трещину.
Она не смогла сдержать поток обжигающего удовольствия, когда его большой палец, закружил вокруг маленькой горошины ее клитора. Добавляя еще больше, возносящих на гребень волны, ощущений, он прижался губами к ее шее.
- Почувствуй меня, мое тепло и искренность... Чувствуй сердцем, а не разумом. Дааа... - простонал он.
- Ты обтягиваешь мои пальцы, как шелковая перчатка. Кончи для меня, Рейн.
Покажи, как покорная женщина освобождается от своего желания. Сотрясайся, корчись, кончи сильнее!
Внутри нее накатывали и отступали волны экстаза. Она не могла ничего сделать, кроме того, чтобы дать своему наслаждению вырваться наружу. Здесь, в этот самый момент, она чувствовала себя защищенной и обласканной так, как никогда раньше. Ее разум и тело распадались, крошась на кусочки перед ним. У нее вырвался крик радости, даже блеснула надежда на то, что он никогда не позволит ей упасть.
Он крепко держал ее руками, пока она сотрясалась последней дрожью, нежно поглаживая ее волосы и нашептывая на ушко слова своего восхищения.
Он тепло улыбнулся ей, когда она медленно сфокусировалась на их отражении в зеркале.
- Прекрасно, девочка. Твоя способность подчиняться, выше всяких похвал. Я больше не смогу прикоснуться ни к одной женщине в клубе, кроме тебя. Если ты позволишь, я буду поклоняться и лелеять твою покорность. Подними голову повыше для меня.
Она вздернула подбородок.
- Да, так. А теперь вытри слезы и будь смелой. Перестань беспокоиться о том, что, как тебе кажется мне необходимо. Просто дай мне все, что ты можешь отдать, чтобы стать цельной.
Без сомнения, она была большим вызовом, чем он ожидал... но это не заставило его отступить. Это только убедило его еще сильнее, подчинить ее себе.
Она не имела ни малейшего представления о том, почему он обратил на нее свое внимание, если не ради секса, то может быть, он, таким образом, хотел уязвить Хаммера.
А может просто ему нравится лечить раненых голубей. Что угодно. Она устала выискивать везде подвох.
Обхватив руками под грудью, он крепко прижал к ее себе. Тепло его тела обещало защиту. Его твердый и толстый член упирался ей в поясницу, но он не сделал, ни единого движения, чтобы как-то облегчить свое напряжение. Она закрыла глаза и смаковала его прикосновения, прикосновения мужчины, который, казалось, одновременно и хотел, и ценил ее.
