Инна смотрела на стол, пытаясь протолкнуть ком в горле, но гортань сжалась, и каждое движение отдавалось острой болью. Она медленно кивнула и улыбнулась ещё шире.
– Надо же, Серёж, я от тебя такого не ожидала! Медовый месяц, да?
– Почти, – хрипло проговорил Сергей, пытаясь поймать её взгляд. Но Инна упорно смотрела прямо перед собой, до скрипа стискивая зубы, чтобы не выдать себя, не дать дрожащим губам скривиться от подступающего рыдания.
– Ладно, – она вздохнула. – Не буду вам мешать, приятного вечера.
И да, Тамар, загляни завтра в магазин, может, мы сможем найти замену гортензиям.
– Обязательно. – Тамара счастливо улыбнулась. – Тогда до завтра?
– До завтра, – кивнула Инна, стараясь не сорваться на бег.
Дождь всё-таки начался. Первые тяжелые капли упали в пыль, когда Инна вышла на улицу. Подняла лицо к небу, прикрыла глаза. Её колотило. Слабость разлилась по телу, ноги превратились в две негнущихся деревяшки. Не ступить, не сдвинуться с места. Сделав несколько шагов, она прислонилась плечом к чужому забору, сжалась, подставляя спину под тугие струи летнего дождя.
Она чувствовала себя обманутой. Разочарованной настолько, что в груди отчётливо ныло, а лёгкие слипались с каждым новым вдохом, выталкивая воздух судорожными всхлипами. Больно, больно, больно. Видеть, что он приготовил для неё! Видеть счастливую Тамару. И чувствовать растерянность и боль Серёжи, как свою собственную. Хотелось броситься обратно и всё рассказать. Плевать, что будет потом, это её вечер! Это её он ждал!
Инна глухо всхлипнула, зажмурилась, представив, что могло произойти, вернись Тамара на час позже.
От картины, вспыхнувшей перед глазами, стало плохо. Инну натурально затошнило, и она согнулась пополам, избавляясь от кофе, выпитого накануне. Не так она должна обо всём узнать. Если Серёжа вообще хочет сообщать ей. А может, и не стоит ничего говорить? Может, это знак, куда уж чётче – пора остановиться.
С трудом различая дорогу, Инна брела домой под дождём, не обращая внимание на то, что уже насквозь промокла, на прохожих, которые прятались под навесами и провожали удивлёнными взглядами.
Только переступив порог, поняла, как на самом деле замёрзла.
– Инна? – Руслан, читавший в кресле, тут же поднялся навстречу. – Разве ты не собиралась сегодня к Свете?
– У неё не п-получилось. – Зубы отбивали мелкую дробь, губы посинели. Инна обхватила себя руками, пошатнулась, но Руслан успел поймать. Подхватил на руки, понёс в ванную.
