Чтобы не рухнуть на месте, пришлось схватиться за один из столбов-опор. Происходящее не могло быть реальным. Нет. Миша не мог так поступить. Я не могу быть чьей-либо заложницей. Меня не могли похитить. Нет.
После третьего гудка раздался щелчок в динамике. А затем встревоженный голос, от звука которого в груди отчаянно закололо.
— Кристина? Где ты?
В руках у Грязнова, конечно же, был мой телефонный аппарат. На что он вообще надеялся? Сейчас Александр рассмеется ему в трубку, расскажет то, что я пыталась до них донести последние пять минут и сбросит вызов.
Меня после этого, в лучшем случае, выбросят где-нибудь в лесополосе вдалеке от города. А в худшем… Даже думать об этом не хотелось.
— Здравствуй, Саша, — голос Сергея Викторовича торжествовал.
— Где Кристина? — тон голоса на другом конце похолодел.
Я замерла, во все глаза уставившись на самодовольную ухмылку Грязнова.
— Она в хорошей компании. Кристина, передай, пожалуйста, привет супругу. Будь так добра.
В его голосе было столько сарказма, что становилось тошно.
Я молчала. Миша по-прежнему будто в трансе находился, никак не реагируя на происходящее. Грязнов сделал шаг ко мне навстречу.
— Крис, — спустя пару секунд тишины из динамика донесся голос, в котором слышалось с трудом скрываемое волнение. — С тобой все в порядке?
— Да, — ответ сам собой слетел с губ, я опомнилась. — Алекс, они тебя хотят посадить…
— С ней все в порядке, как слышишь, — Грязнов рукой отдал приказ своему охраннику заставить меня молчать.
Я даже опомниться не успела, как спустя мгновение мой рот закрыла шершавая ладонь.
— Зачем она тебе? — Алекс забыл про всю свою учтивость.
— Это гарантия. — Сергей Викторович хмыкнул. — Жду тебя в здании твоего завода. Думаю, за час успеешь добраться. Если не успеешь вовремя, отправим Кристиночку по заводу погулять. Ходит только она плохо, как бы голову не разбила…
К глазам подступили слезы. Сейчас Алекс рассмеется, сейчас скажет, что ему наплевать…
— Я успею, — последовал короткий ответ, и вызов оборвался.
Вместе с ним оборвалось и что-то внутри…
19
Он приедет. Алекс действительно собирается приехать сюда… Неужели ради меня? Эта мысль никак не укладывалась в голове. Нет, это невозможно. Жизнь почти посторонней женщины не может быть для него важнее собственной. Вчерашний разговор все расставил по своим местам. Я больше на него не работала, я не стала его любовницей. Я никто для него.
