Любовь без башни

 — Как бы то ни было… Василиса, садись и спокойно, не спеша, расскажи нам, что ты знаешь про Игнатия?

Василиса с глубокой вдовьей печалью уселась в кресло и возвела глаза к небу.

— Ну? — не выдержала Люся. — Рассказывай.

— А чего рассказывать? — вдруг беспокойно заелозила Василиса. Как-то так оказалось, что она ничего про своего задушевного друга и не знает. — А чего говорить? Ну… Да! Он был… он был замечательный человек! Просто замечательный!

— Ну это понятно, а вот, например, кем работал, где проживал? Есть у него дети или нет? Скорее всего, есть, возраст-то солидный, только кто — мальчик или девочка? — наседала Люся.

Василиса с каждым вопросом все шире распахивала глаза, и в этих глазах плескался немой ответ: «А хрен его знает!»

— Значит… ты ничего про него не знаешь… — постучала ручкой по столу Люся.

— Мне было достаточно знать, что он замечательный человек! Просто замечательный!

Аня обернулась к Люсе.

— А может быть, твой Белкин что-нибудь знает? — вдруг спросила она. — Он же с ним всегда… дружил…"

"Отношения Белкина и Игнатия дружбой можно было назвать с огромной натяжкой, однако зерно здравого смысла здесь имелось — Белкин мог что-то слышать.

— Точно! — насупила брови Василиса. — Меня допрашивает, а нет чтобы своего ухажера потрясти… Я и вообще — подозреваю, что они вместе были!

— Это с чего бы? — вытаращила глаза Люся.

— Ну… мне так кажется. Вот интуиция, и все тут, — заявила Василиса.

На самом деле здесь виновата была вовсе не интуиция, Василиса Олеговна решила, что если ее кавалер мог быть вором, то пусть Люсин ухажер будет подозреваемым.

С Белкиным решено было переговорить этим же вечером. Однако именно в этот вечер Белкин к Люсе не пришел.

— Вот зараза, да? — заглядывала в глаза подруги Василиса. — А ведь обещал, правда же? Я ж тебе сразу сказала — что-то здесь нечисто. Убил моего Игнатия, да и все. Слушай, Люся, я даже подозреваю из-за чего. Мне кажется, твой Белкин меня к Игнатию ревновал.

Люся медленно обернулась к подруге.

— Вот что, Вася, — не торопясь начала она. — Я, конечно, все понимаю, смерть Игнатия тебя подкосила в психическом плане. Ты и до этого-то семи пядей во лбу никогда не была, а тут и вовсе… Однако ж если ты и в самом деле хочешь убийцу найти… прекращай ты эти «ревнует», «смотрит» и «я самая великолепная, прямо королева красоты!».