– Ты сейчас себе руки порежешь, бросай нафиг эту картошку, ты её совсем чистить не умеешь!
– Зато ты, я смотрю, круто справляешься, прямо человек-картофелечистка!
– Я с семи лет картошку чищу, научился как бы, – против воли пришло воспоминание о доме, матери, смутно вспомнились отчим и сводная сестра… Интересно, она ещё жива? Вроде, когда я уезжал, её в больницу клали с чем-то тяжелым. Надеюсь, что она, всё-таки, не выжила, а то ведь эти двое – мать и отчим – прописали её в ту квартиру, где прописан и я. А она и так маленькая, квартира.
Мне там придётся после того, как весь этот интернат закончится, ещё год чалиться, пока в армию не призовут. Случится что с этими двумя – хата нам обоим достанется, а так бы мне одному. Как, кстати, мою сестру-то зовут? Настя, кажись…
Макс, с видимым облегчением, отложил ножик и потянулся. Поев, он стал выглядеть лучше, да и хмель из него, всё-таки, выветрился. А я всё думал, почему так легко ему Ленку простил, да ещё и первый к нему мириться полез. И ни до чего додуматься не получалось.
– Жаль, я смарт не взял, – пожалел Макс, – сейчас бы музыку послушали, а то тоскливо сидеть. Может, сбегать?
– Не, не надо. Лучше расскажи что-нибудь, – мне не хочется, чтоб он куда-то уходил, к тому же, вечер – нарвётся по дороге. Все ведь думают, что мы с ним разругались, ну и приебутся. Сегодня уже, я слыхал, цепляли, не сильно так, но цепляли. – Ты, вот, на море когда-нибудь был?
– Был, конечно. А ты нет?
– Ну, бля, когда б я там был? Я в бассейне был пару раз, да один раз на карьере купался, отчим меня на дачу возил.
– Отчим? У тебя что, отца нет? – Макс произнёс это с таким ужасом, словно это какая-то, никем не виданная, фигня.
– Подумаешь! – пожал я плечами. – Много у кого нет. У Банни. У Рэя тоже. У него, вообще, только бабушка.
– Прости. Просто, как-то странно… ну, для меня, – Макс почему-то замялся. – Я, понимаешь, с отцом вырос. Мне, почему-то, всегда казалось, что матери может и не быть, а вот отец – обязательно… Не знаю.
Ты извини…
– Да подумаешь. Ты, лучше, расскажи про море. Ну, вообще, как оно? Я море только в кино видел…
– Ну, я был на Средиземном, потом Чёрное, потом мы ещё ездили на Цейлон, ну, потом Мёртвое море… Хотя не знаю, считать его или как?
– Ну, расскажи про Средиземное.
– Мне было пятнадцать и мы поехали на Кипр зимой…
Мне было пятнадцать и зимой я заработал в драке сотрясение мозга, две скальпированные раны на голове и парализованные мышцы лица.
