У меня встаёт только от этого запаха.
Мне нужна разрядка. Мне нужен хоть кто-то. Мне нужен кто-то живой и тёплый, мне нужен секс. Мне нужно отвлечься от своих безумных мечтаний.
Я пишу Спириту, прошу приехать. Ага, хрен вам – Спирита на каникулы отправили в Питер. Везёт мне, конечно, как утопленнику.
И я решаюсь.
Игорь зашёл вечером ко мне в комнату. Сегодня с отоплением полный порядок, в комнате тепло. Я ставлю на смарте Duran Duran. Достаю остатки коньяка и несколько «рафаэлок», которые, неизвестно где, достал Стас и разделил между мной и Банни – остальные, подражая ему, презирают сладкое.
Вот ещё интересная деталь его поведения – доставая еду, он, обычно, не ест её сам. То, что он тогда отобрал у меня на дороге, почти всё разошлось по другим. Для него важнее, чтоб «его» смотрели на него как на бога, который превращает воду в вино, чем поесть. Ну да, сам Стас и пауком обойдётся.
«Рафаэлки» и пахнущий одеколоном коньяк, которого едва наберётся сто пятьдесят грамм – я отпадный соблазнитель, просто плейбой и мачо.
– Да ладно? И что, ты ни разу не целовался даже?
– Да вот, не случилось как-то… Да и вообще – с кем тут целоваться? Поцелуй – это так… – Игорь мечтательно щурится, – так романтично.
– Ага, но только не тогда, когда у тебя никакого опыта, и, в итоге, и ты, и он все слюнями перемажетесь..
– Кто – он? – не догоняет Игорь и я отвешиваю себе мысленный подзатыльник.
– Ну, в твоём случае – она, конечно.
– Она, да. Ты не думай, я не имею ничего против тебя, я понимаю, что ты таким родился и вообще… Но я не такой!
– Конечно-конечно, – я сел рядом с ним.
От Игоря изрядно пахло смесью коньяка и одеколона, я практически насильно залил в него все остатки. – Но вот, представь: закончишь ты школу, поступишь в институт, встретишь там красивую умную девушку, начнёшь за ней ухаживать и?
– И?
– И у вас романтическое свидание, ты поведёшь её… допустим, в кафе, подаришь ей цветы, вы посидите, выпьете, поговорите о литературе, об искусстве, потом ты проводишь её домой и…
– И?!
– И она будет ждать, что ты поцелуешь её у подъезда.
А ты?
– А я?
– А ты не умеешь целоваться. Но тебе захочется. И ты её поцелуешь, и вы стукнетесь зубами, и ты её всю исслюнявишь, и размажешь ей помаду, и всё очарование вечера пропадёт. И она будет всем рассказывать, что ты лох и девственник… Ты ведь девственник?
– Тебе-то что? – Игорь занервничал и, пытаясь это скрыть, раскусил «рафаэлку».
