Я не получал бы удовольствия, избивая людей, прикапываясь к их недостаткам, не получал бы кайфа, глядя на чужую панику и растерянность, и для меня не было бы самой большей радостью смотреть, как люди слушаются меня – кто по глупости, кто из страха, кто, как, например, Банни… да, из восхищения. Я бы радовался чему-нибудь другому. Может быть, я бы сладкое любил. И книжки читать. И животных. И всякую такую фигню. Но я есть, кто есть, мой отец был уродом и насильником, и мне этого вполне хватает для жизни.
Чтобы как-то отвлечься, я решил помириться с Танкистом, парнем на год младше, которому довольно сильно приложил во время последней драки.
Блин, не помню, почему он у нас Танкист. Как-то так повелось. Как там вчера этот Спирит назвал Макса? Форслайн? Ну и словечко, ёпт. Вот у нас в интернате нормальные клички – Серый, Кирза, Танкист, Палка, Пыря, Рюмка, Рэй, Сатана, Банни, Леночка… Хотя последнее – не кличка. Это имя. Его даже тетради заставляют так подписывать, сам однажды проверял. Так и написано – Лена Озеров.
Я даже рвать её не стал, так забавно показалось.
С Танкистом я помирился довольно быстро. Он и сам уже отошёл, понимал, что я его не со зла стукнул. Стребовал с меня пачку сигарет и триста рублей, ну, а мне что, я не жадный. Я ему ещё пакет «кириешек» со вкусом сыра презентовал, которые вчера у Макса отобрал. Он пообещал в следующий раз на тренировке к нам присоединиться, тем более, такое пропустил! Уже вся школа обсуждала найденные в спортзале тела. Жаль, я сам не сбегал посмотреть, как их вытаскивать будут.
Так и не развязались, вот дебилы! Меня так два раза завязывали и оба раза я прекрасно выбирался. Первый раз вертелся почти полночи, а второй раз просто дождался, когда все уйдут, высвободил одну руку, которую специально напрягал, кстати, спасибо Сергею Александровичу, он рассказал, что надо делать, когда связывают, достал из ботинка маленький, не длиннее мизинца, складной ножик-брелок – подарок Банни, и порезал к хуям собачим всю волейбольную сетку. Тогда больше досталось тем, кто меня связывал.
Мне тогда тринадцать лет было. После этого случая я не попадался ни разу. А сетку волейбольную купили новую только через полгода."
"Сегодня и физ-ра была. К физ-ре я отношусь по-разному. С одной стороны, куча народу, все в физкультурной форме – штаны и майки, все в движении, совершенно легальный шанс запустить в кого-нибудь мячом так, чтоб тот свалился… С другой стороны – наш физкультурник Григорий Николаевич. Вот уж мразь из мразей! Выродок.
