– Пробьёмся… Мне вдруг вспомнились слова, сказанные им несколько дней назад:
– Слушай, а тебе Стас, когда говорил про неудачников в тюрьме, он знал?
– Да.
– Вот сволочь, – совершенно искренне возмутился я.
– Нет, ты знаешь, – Игорь, наконец-то, поднял лицо. Выражение у него было странное – совершенно несвойственная ему гримаса усталого презрения ко всем. – Он прав. Потому что ничего хорошего они не добились. Мне всё время говорили, как надо жить, чтоб всё было, что деньги все проблемы решают, что они знают, они умные, они такие пиздатые, а теперь сидят там, а я здесь тоже вот сижу… А дальше что будет? Куда они после тюрьмы? А я? Они мне учёбу не оплатят и ЕГЭ я сдать не смогу, потому что тупо к нему не подготовлюсь.
– Подготовишься. Ты умный, – попробовал я хоть так его утешить.
– Да, – Игорь улыбнулся, а я вздрогнул. Это была не его улыбка, милая, мягкая, открытая, слегка грустная. – Я всё сделаю, чтоб никогда не сесть. Других подставлю, а сам не сяду.
Я со страхом смотрел на его лицо, которое кривилось в таком знакомом одностороннем оскале.
По ходу, у Стаса плохого не только я нахватался…"
"Я лежал в постели, согреваясь, чувствуя приятную сытость и лёгкое опьянение. И легкую боль в районе солнечного сплетения. Чёртов Стас, ну, что за привычка руки распускать, я же только пошутил… Хотя, ладно, какие там шутки, эта парочка, стоя друг перед другом в обнимку на коленях, так смотрелась… Я напрягся и попробовал представить себе, как они целуются. Получалось не очень, но я старался, пытаясь отмстить Стасу за удар.
Представил себе, как Стас стягивает с Вовчика шапочку, ерошит своей широкой ладонью его короткие рыжие волосы. Наклоняется над ним… Картинку снова закоротило. Тогда я представил, что они – просто герои какой-нибудь порнушки, которых я не знаю. Дело пошло на лад. Я увидел их поцелуй – жесткий, страстный (хотелось сделать его нежно-слюнявым, опять-таки, из мести, но фантазия решила пойти своим путём), заставил их начать раздевать друг друга прямо там, на козырьке, затем перенёс в душевую – не в интернатовскую, а в такую, как обычно в порнушке показывают.
Но дальше обниманий дело не зашло. По-моему, проблема в Стасе. В этой дылде просто отсутствует сексуальное начало. Зато в голове ярко встала картинка, как он стоит под луной и смотрит куда-то вверх. Мне вспомнился старый фильм про оборотней и я бы, наверное, и не удивился, начни этот псих превращаться в какую-нибудь огромную волосатую тварь.
