Любовь без права на ошибку

Только кто же мог знать, какая это получится служба! На призывном пункте мнением Битова никто не интересовался, и, оценив прекрасные физические данные, а также увлечение спортом, записали его в ВДВ да и отправили. По тем временам служба такая считалась почетной – вроде и ничего, можно и послужить Родине.

Да только Родина решила повоевать в Чечне, восстанавливая конституционный порядок на стратегически важной территории, и бросила мальчишек, недавно окончивших учебку, в эту кровавую мясорубку под грядущий, девяносто пятый год.

Про это вспоминать и рассказывать не будем – хватает рассказчиков, в основном из числа тех, кто там не был и ничего не видел, а кто прошел и выжил, скупы на рассказы и воспоминания, да и мало их осталось, тех, кто участвовал в том первом штурме Грозного.

А Битов не только участвовал, но и в составе переформированной части провел в Чечне все последующие полтора года до дембеля. Ему, как и деду Григорию Потаповичу, посчастливилось отделаться несколькими некалечащими ранениями и парочкой контузий.

Видать, сильный у них в роду ангел-хранитель, ведь Влад никогда за спинами других не отсиживался и не берегся трусливо, а лез в самое пекло в составе взвода разведки, и на такое приходилось не раз нарываться… По самое не балуй! А может, сам дед за ним оттуда присматривал, кто может знать? И на этом все! Нечего тревожить и ворошить смертельное!

После дембеля, когда Влад вернулся домой, отец его за руку отвел в институт, вместе с сыном подав его документы, и водил так на каждый экзамен, и списки поступивших проверять вместе с ним пошел.

Не очень адекватен сынок был в то время, вот и спасал батя, вытаскивал его как мог из мути, заполонившей сознание.

Первые года два трудными очень выдались для Влада, но он смог справиться, и специалисты помогли, и родные, да все лето проходил в экстремальные туристические походы с группами, чтобы голову дурную занять.

Отец к тому времени фирмочку свою имел. Небольшую, по личным интересам его самого и друзей близких.

Дело в том, что Константин Григорьевич был заядлым туристом-экстремалом – на байдарках по порогам повышенной сложности, с рюкзаком по диким местам да горам, автопробеги туда, где люди не ходили. Сколько себя помнил Влад, отец с группой столь же увлеченных друзей, да и мама иногда с ними, вечно пропадал в таких вот походах. А как пришли новые времена дикого капитализма, отцу перепали три «газика» по цене металлолома, уж откуда, Влад не знал.