– Твои воины – настоящие… – Джанет замолчала и тревожно огляделась. – А где сэр Кеннет?
– Не беспокойся. Он заканчивал битву, когда я бросился вслед за тобой. Он присоединится к нам с минуты на минуту.
– Не поверю, пока сама его не увижу. Двое против стольких англичан. – В ее голосе, несомненно, чувствовалось почтительное благоговение. Однако это не обрадовало Юэна. Она слишком приблизилась к разгадке его тайны. Он понял, о чем она его спросит, прежде чем их взгляды встретились. – Ты один из призраков Брюса?
О Боже, эта девушка – настоящая катастрофа! Она слишком умна и догадлива, и ее догадки опасны и могут подвергнуть всех их риску.
Но разве ее работа была менее опасна? Ее знания и даже подобные подозрения могли бы послужить основанием для того, чтобы послать за ней половину армии англичан. Разоблачение и захват членов тайной армии Брюса были первостепенной задачей английского командования.
Выражение лица Юэна никак не отражало бурю чувств, которую вызвал ее вопрос. Он сделал вид, что ее предположение его позабавило.
– Родители тебе не говорили, что призраков не существует?
Джанет приподняла подбородок.
– Значит, ты утверждаешь, что не являешься членом секретной армии, которая наносит урон английским войскам…
Он резко прервал ее, схватив за руку.
– Нам надо идти.
– Ты не ответил на мой вопрос.
Едва Джанет произнесла эти слова, как снова услышала собачий лай и вслед за этим – стук лошадиных копыт. Глаза ее расширились, и она уперлась каблуками в землю, когда Юэн потянул ее к лошади.
– А как же сэр Кеннет? Разве мы не должны его подождать?
Губы Юэна сжались в мрачную линию.
– Он нас догонит.
Юэн на это надеялся. Однако звук приближающихся всадников не предвещал ничего хорошего. Он не хотел усиливать тревогу Джанет, но его миссия, начавшаяся так плохо, казалось, теперь стала еще труднее.
Он собирался помочь Джанет сесть на лошадь, когда она снова отстранилась.
– Постой! Я забыла свой кинжал.
Юэн понимал, что кинжал нужен ей для защиты, но не пустил ее за ним.
– Я возьму.
Юэн подошел к телу убитого рыцаря. Он без труда обнаружил кинжал.
«О, будь я проклят». Если бы его дротик не лишил англичанина жизни, ее кинжал, проникнув глубоко в его ногу, довершил бы дело.
Он вдруг почувствовал прилив гордости. Эта девушка – настоящий боец. Его первое впечатление о ней несколько месяцев назад, как о валькирии, оказалось недалеко от истины.
Вытерев кровь с кинжала о свои перепачканные грязью штаны, он протянул его ей.
