Она была невероятно красивой и приятной. И она любила его. Разве можно быть более счастливым?"
"Юэн обнял ее и прижал к себе, когда она заговорила:
– Если это то, что меня ожидает в браке, думаю, мне не на что будет жаловаться.
Если бы Джанет окатила его холодной водой, он испытал бы то же, что и от этих ее слов. Туман в голове рассеялся, эйфория и счастье обернулись ледяным холодом, когда реальность того, что он сделал, нанесла ему тяжелый удар.
«Мать твою!»
Ругательство было вполне к месту. Оно относилось не только к ней, но и к нему самому.
Юэн ослабил объятия и устремил свой взгляд в деревянную крышу сарая, осознав суровые последствия своего поступка.
Лишив Джанет невинности, он попрал доверие своего короля и своего сюзерена и подверг риску свое будущее и будущее своего клана. Едва ли теперь он вернет свои земли. Его имя будет замарано, когда Брюс узнает о том, что случилось. Недостроенный замок – памятник безрассудности его отца – так и останется недостроенным навсегда. Но все это не будет иметь для него никакого значения, потому что он будет мертв.
Король обещал убить его, если он только приблизится к Джанет.
Юэн намеревался покорно делать свое дело, отдалиться от своего «необузданного» отца и мятежного кузена и не привлекать к себе внимания. Брюс, несомненно, узнает о том, что он сделал с Джанет. Юэн был рад, что сэр Джеймс умер и не увидит его позора.
Как мог Юэн забыть о долге, верности и дисциплине? Именно об этом он должен был думать всегда. Он хотел свалить все на эль, однако знал, что дело вовсе не в спиртном.
Он испугался навсегда потерять Джанет и действовал, не подумав о последствиях. Он позволил чувству завладеть разумом. Проклятье, ведь он никогда не был таким чувствительным! Этого не должно было случиться с ним.
Он поступил не лучше, чем его отец! Всю свою жизнь Юэн старался никогда не поступать так, как Дикий Финли, и вот теперь в одно мгновение разрушил все.
Клан Ламонтов перестанет существовать в Ковале. Боже, что он натворил!
Джанет не поняла, что случилось.
Все еще расслабленная, она, казалось, парила в облаках, и ее удивила внезапная перемена в настроении Юэна, ведь она думала, что он испытывает то же самое.
Она даже нисколько не обеспокоилась, когда он не ответил на ее шутку. Вероятно, он был ошеломлен, как и она.
Только когда он сел на краю тюфяка (предоставив ей возможность любоваться его широкой мускулистой спиной), натянул свои штаны и обхватил голову рукам, она осознала, что случилось нечто нехорошее.
