Любовь Черного (СИ)

На словах про пароль в черных глазах загорается что-то жуткое, темное, абсолютно непривычное. Но потом все эмоции гаснут.

Черный берет себя под контроль.

– Тая, – тяжело выдыхает он и склоняется, утыкается лбом в мой лоб, накрывает ладонью затылок. – Давай пару часов подремаем.

– Давай.

Руслан подхватывает меня на руки так ловко и резко, что я вскрикиваю от неожиданности. Зарывается в мои волосы, жадно втягивая запах.

За окном светает.

– Нам скоро на футбол, – роняю глухо.

– Да на хуй этот футбол, – отрезает Руслан, и от того, как он трется щекой о мою шею, по всему телу проходит волна горячей дрожи.

– С тобой быть хочу.

30

Руслан укладывает меня на кровать, сам растягивается рядом, прижимается вплотную, сгребает в жаркие объятья. Он дышит тяжело и шумно, утыкается лицом в спутанные пряди моих волос. Его губы прижимаются к моей шее, пальцы медленно скользят по груди.

Чувствую, что он уставший. Весь на взводе. Нервы точно оголенные провода. Только тронь – закоротят. Но сейчас, рядом со мной, он как будто расслабляется, отдыхает.

Его дыхание выравнивается. Движения становятся более ленивыми, неторопливыми. Наконец, массивная ладонь попросту застывает на моем животе. Горячий рот так и прижат к плечу.

Мы отключаемся практически одновременно.

Тревога внутри меня затихает. Плохое предчувствие не исчезает до конца, скорее притупляется. Сама не замечаю, как веки становятся свинцовыми, а сознание погружается в сон."

"Его сильные руки на моем теле. Тесная близость. Кожа к коже. Потому что Руслан не успокаивается, пока не стягивает с меня абсолютно всю одежду.

А крепкий захват он сохраняет даже во сне. И это ощущается правильно. Будто именно так и должно быть. Его терпкий запах пропитывает каждую мою клетку. Мята, соль, и что-то мускусное, особенное, неповторимое, только его.

Просыпаюсь, когда солнце ярко светит в лицо. Прищурившись, бросаю взгляд на часы. Еще рано. Восемь утра. Нужно задернуть шторы, пока Руслан не проснулся.

Пытаюсь осторожно убрать его руку со своей талии. Получается не сразу.

Чудом умудряюсь выскользнуть.

А он переворачивается на спину. Издает недовольный рык, но глаза не открывает. Мощная грудь продолжает мерно вздыматься.

Поднимаюсь и застываю возле кровати. Не могу отвести глаза от жутких синяков, которые уже четко проступают на скульптурно вылепленном торсе. Внутри все болезненно сжимается.

Где он был? С кем подрался?

Еще и та окровавленная рубашка…

Тут мой взгляд невольно соскальзывает ниже. Кровь ударяет в щеки.