Любовь Демона

Что получится заговорить ему зубы и вытолкать из квартиры. Что Демьян слишком взвинчен, чтобы осмотреться по сторонам и сделать адекватные выводы. Что он поверит любым моим обещаниям и уйдет.

Конечно, я не собралась никуда возвращаться. Наоборот, хватать в охапку ребенка, запрыгивать в такси и бежать из города.

Был момент, я даже поверила, что у меня получилось. Когда Демьян спросил про курточку Григория. Это действительно его куртка, он забыл, когда в последний раз привозил Миланку.

У меня протекал кран, отчим снял куртку, чтобы посмотреть, а потом так и ушел без куртки.

Но рядом висела курточка Миланки! Меня мысленно трижды бросило из холода в жар и обратно, но Демьян окинул ее бездумным взглядом и все. И прошел мимо, ничего не сказав.

И даже глядя, как Миланка идет к нам, хныча и прижимая к себе медведя, подаренного Карениным, я все еще тешу себя глупой надеждой отскочить.

Но малышка всхлипывает, трет глазки и тянет ко мне ручки.

— Мама! Мам...

И меня прорывает. Мне становится наплевать и на Каренина, и на его маму, и на всю их мажористую компанию.

Вот просто чихать с высокой горки.

Подхватываю дочку на руки, она утыкается лобиком мне в плечо, обнимает за шею.

— Крошечка моя, — глажу непослушные кудряшки, — у тебя что-то болит?

Миланка показывает на горло. Пробую губами лоб, он горячий. Вот почему она проснулась, у ребенка поднялась температура.

— Давай выпьем лекарство, милая, — перехватываю ее другой рукой, беру бутылочку с сиропом.

— Мама? — слышу за спиной потрясенный голос Демьяна. — Почему она говорит на тебя мама?

Не отвечаю, молча отмеряю из бутылочки сироп.

Каренин обходит по кругу, становится перед нами, переплетает руки на груди. Я не обращаю на него внимания, даю малышке лекарство.

— Я спросил, Ангелина.

Поднимаю глаза.

— А у меня есть какие-то противопоказания, по которым я не могу быть мамой? Третья нога или хвост?

— Но... откуда? — голос срывается на хрип, Демьян пробует прокашляться.

— Тебе напомнить, откуда берутся дети, Каренин? — не могу удержаться, чтобы не съязвить.

— Но... — он выглядит совершенно потерянным, — почему ты не говорила, что Миланка твоя дочь?

Смотрю на него как на идиота.

— Потому что ты меня не спрашивал, Демьян. Ты дал задание юристам подписать со мной договор, я подписала. А отчитываться перед тобой меня никто не обязывал.

Отворачиваюсь к окну, покачиваю дочку.