Но не идет у нее этот отказ. Никак. Подается она. Откликается. Пусть и вся сейчас протестует.
А я от нее дурею. Резко. Бесповоротно. Пиздец пьяный. От запаха ее. От сдавленных вскриков, глухих стонов. От того, как она ощущается на моем хуе.
Тугая. Тесная. Вся сжимается. Мелко подрагивает. И мои яйца аж выкручивает. Всю волю прикладываю, чтобы не разрядиться внутрь. Не накачать ее спермой.
Жажда разгорается. Взять. Пометить. Пропитать собой. Чтобы больше не дергалась, не ускользала. Пусть даже не мечтает удрать.
Двигаю бедрами.
Плавно. Сильно. С оттягом. Толчок за толчком. Показываю Кате, чья она. Поздно от меня закрываться. Некуда ей бежать.
Всякая хуйня с комода к чертям слетает. С грохотом валится вниз. В разные стороны. Вот бы и хуйню из ее мыслей выбить. Раз и навсегда.
Ведет же ее. Чую. Расслабляется она. Отзывается. Иначе бы не далась. Даже тронуть не разрешила бы. Не то что на хуй насадить.
Плывет моя Катя. Заражается от меня. А хер там. Характер показывает. Сдаваться не собирается.
Сучка.
Но тем и берет.
Сам охуеваю от того, как на нее прет. И каждый жест ее ловлю. Каждое движение. Так двигаюсь, чтобы ее сильнее затянуло. Набираю обороты, а потом торможу.
Всхлипывает. Сама вперед подается. И застывает. Даже веки распахивает. Смотрит на меня, точно зависает.
Ебануться. Как же у нее глаза сверкают.
Моргает. Медленно. И зрачки расширены. Точно под кайфом. Дышит тяжело. Чуть приоткрытые губы подрагивают. Взмокшая. Разгоряченная.
Она ведет пальцами по моей груди. Бьюсь об заклад, не помнит, как недавно стянула с меня рубашку.
Узкие ладони застывают на моих ребрах.
Она вся застывает, а я опять рывком вгоняю в нее хуй.
Кричит.
— С днем рождения, Катя, — говорю и склоняюсь, прикусываю ее нижнюю губу, а после весь рот сминаю, язык вглубь проталкиваю.
Целую.
Выебываю.
Хер знает, как мы комод не разламываем. Настенное зеркало позвякивает. И пол будто ходуном ходит.
Кровь по вискам врезает. А я врезаюсь в нее. В мою любимую. Размашистыми движениями закрепляю все свои права.
На тело. На душу. На все, блядь.
Нехуй теперь сопротивляться.
Шлепки плоти о плоть. Сочные. Похабные. Звучные. И все острее ощущается каждый новый толчок. Жарче. Порочнее.
Она выгибается. Льнет ко мне. Царапает плечи ногтями.
Сильнее притягиваю ее за бедра. Накрываю поясницу ладонями. Ближе притягиваю. Вбиваюсь. Впечатываю в себя.
Она стонет. Все громче. Надсадно. В голос. Спину мою дерет. Скрещивает ноги, сама прижимается крепче. Безотчетно. На автомате.
