Прячась в бане, Ольга старалась уловить суть разговора, но почти ничего не расслышала.
«Эх, если бы дверь смотрела на двор, а не на Амур! – вздохнула волчица. - Развернули, чтобы из бани – и сразу в реку. И голыми попами никого не смущать. Русские народные забавы, да».
Неожиданно накатило воспоминание, как они мылись вместе с Максимом, и как он вынес её на руках, когда волчица умудрилась опрокинуть на себя горячую воду.
Сильные руки, которые держали так бережно. Мощная грудь, к которой она прижалась, прячась от бешеного взгляда Ильи.
Умка чихнула.
Илья!
Белая волчица немедленно оскалилась и зарычала. Ольга отмахнулась от реакции зверя.
Луна, со своими переживаниями, она про Илью столько времени даже не вспоминала! Обида обидой, но они так и не поговорили. Это неправильно. И Луна Верховного советовала дать волку шанс, вернее, поговорить с ним.
Женщина прикрыла дверь и прошла вглубь выстуженного помещения, перебирая воспоминания и на ходу меняя планы.
Ей не в Москву надо пробираться. Туда позже.
Верховный поймёт, когда всё узнает.
Илья! Ей нужно непременно с ним поговорить. Сейчас, завтра… В общем, как можно скорее. Увидеть его, выслушать. И попытаться понять, что произошло. Почему Умка ворчит, только услышав его имя, а у неё в душе только сожаление и горечь?
Но Илья в каком-то оленеводческом стойбище, туда не попадёшь без разрешения альфы северных. Волчица прикусила большой палец, как иногда делала в минуты особенного волнения или сосредоточенности.
Ехать на попутках через всю страну рискованно.
Руки у дяди длинные. Костьми ляжет, но перекроет все дороги. Деньги есть, связи есть, подключит полицию, ГАИ. Гарантий, что она доберётся до Москвы, нет. А вот в другой стороне её никто не ждёт. Кому в голову придёт, что волчица побежит в тундру, а не в столицу, под защиту Верховного? Правильно, никому, тем более что она не скрывала, насколько ей не понравился Север, и как она рада, что развелась.
Мысли кипели, лихорадочно просчитывая варианты.
Дядя Сергей узнает насчёт машины в сторону Иркутска, Читы или Улан-Удэ, а ей, получается, надо на Якутск или Магадан.
И при этом нельзя подставлять приютивших её рыбаков.
Значит…
- Оля! Уехали, возвращайся! – громко позвала Мария.
- Ох, как же ты поедешь, одна-то? – сокрушались добрые женщины. – Шубка твоя совсем лёгкая, просквозит. И сапожки. Где это видано, зимой в тайге в сапожках? Странно, что ещё ничего себе не отморозила.
Соседки замолчали, переглянулись и бросились по своим запасам.
