Однако несносный волк даже не дал ей этой возможности!
В груди кипело от возмущения – уехал, не захотел её увидеть, узнать, не пострадала ли она сильнее, чем это было сразу заметно! А к чему тогда были эти взгляды, эти бережно прижимающие руки, и эта дикая ярость, с которой он бросился на Валерия? Ведь успел впереди всех, хотя сидел дальше других!
Оля вспомнила, как волк, материализовавшись сзади обвиняемого, отшвырнул того в сторону и подхватил женщину на руки. Как передал её Верховному и успел перехватить повторную атаку волка, переключив его на себя.
Это было страшно – Валерий рвался убивать, и ему уже было не важно – кого. Опоздав на пару секунд, в оркестровую яму горохом посыпались оборотни, ринувшиеся на помощь сначала волчице, а потом – Максиму. Но они только мешали друг другу, и не будь Решетникова, Валерий имел неплохие шансы прихватить с собой на тот свет одного или двух сородичей. Но и эту возможность Максим у него отнял, а потом совсем было собрался отнять и жизнь, но тут Ольга по просьбе-приказу Андрея Волкова его позвала.
Удивительно, что в таком состоянии он вообще её услышал. И почему альфа сам его не позвал, а попросил Олю? Странно…
Ох, - женщина вспомнила, как Максим не слишком почтительно обращался к Верховному.
Так, может быть, он не сам уехал, а его выслали?
С этими мыслями он бросилась к Татьяне.
Волчица Оле обрадовалась, но на вопрос – не наказывал ли её муж Решетникова, ответила отрицательно.
Вообще Луна была, как всегда приветлива, но вела себя чуть прохладнее, чем обычно.Наверное, у Татьяны Игнатьевы свои заботы, а тут опять она! Семья Верховного столько для неё сделала, пора совесть иметь, и перестать бегать к ним по любому поводу.
Ольга торопливо попрощалась и вернулась к себе в квартиру.
Получается, Максим просто приезжал на Сход, его Верховный вызвал, а когда суд завершил работу, вернулся назад в… Где он там поселился? Ей никто так и не сказал, а спросить у Максима она не успела…
Решетников принял участие в суде над преступниками, и случайно, по пути, спас Ольгу.
Он спас бы любую волчицу, угоди она в переплёт. И также нёс бы её на руках, так же смотрел – с тревогой и каким-то ожиданием? Кто знает…
Она, как и хотела, перед ним извинилась. И поблагодарила. В принципе, пора уже выкинуть Решетникова из головы!
Умка вскочила и заметалась, рыча и взлаивая, будто ругаясь и осуждая.
