Женщина осмотрелась – жильё чем-то напоминало сибирские дома, сложенные из целых бревен – такое же приземистое и основательное. Большая комната, справа от входа кухня, слева – явно рабочая зона – верстак, инструменты. Дальше – жилая часть.
Волчица прошла, изучая. О, да тут две комнаты! Вторая, совсем небольшая, вмещала кровать и шкаф. И центр дома – большая печь. Женщина подошла, приложила ладони к стенке – тёплая. Или Максим ушёл совсем недавно, или дом кто-то сегодня протопил. Наверное, второе – когда они подъехали, она видела только два следа – кто-то пришёл в дом, а потом ушёл: следы, ведущие от крыльца, перекрывали следы, идущие к жилью.
И дорожки засыпаны так, что их почти не видать, только угадывается направление, где они расположены. Хозяин бы не оставил так, а обязательно расчистил.
Вздохнув – не сидеть же сложа руки? – волчица разделась и принялась обустраиваться. Волка нет дома – это и плохо, и хорошо. Плохо – неопределённость её положения никуда не делась. Хорошо – у неё есть время приготовиться к появлению Максима.
И – она ещё раз осмотрелась – приготовить дом. Он выглядел не слишком уютно. Максим, конечно, прибирался, но не особенно усердно и тщательно. Мужчина, что с него возьмёшь!
Перетаскав продукты, Оля разобралась, что куда сложить. Убедилась, что запасы мяса достаточные, а вот остальное, как Стэн и предполагал, в мизерном количестве или вовсе отсутствует. Как хорошо, что он догадался пополнить ассортимент продуктов – она сможет приготовить вкусный обед не только для себя.
Переставляя мешочки и баночки, Ольга почувствовала, что возле печи и кухонного стола ощущается слабый запах волчицы. Умка тихо зарычала, обещая не только холку намылить, но и кое-что оторвать, если, упаси Луна, её волк завёл себе подружку.
Оборотница перекинулась и тщательно обследовала помещение. В спальне запах посторонней самки вовсе не ощущался, и она расслабилась, вернув человеческую ипостась. Может быть, соседка? Жена Вэра? Кто-то же топил сегодня печь!
Перемещаясь по комнате, протирая все поверхности, женщина добралась до верстака и задержалась, рассматривая костяные заготовки.
Одну из них накрывало полотенце. Интересно, что там?
Рука сама потянулась – плоская кость, отполированная до гладкости и блеска. Ольга взяла поделку, перевернула и замерла – это же она! Её портрет, Ольги. Луна, какая тонкая работа!
И ощутила, как Умка довольно заурчала.
«Наш волк! О нас думает, скучает. Ладно, ограничусь только холкой».
