Для меня вы — всего лишь зеленая девчонка!
Девушка хотела возразить, но герцог покачал головой:
— Не кажется ли вам, дорогая, что обочина дороги — не лучшее место для споров? Может, продолжим путешествие?
Эмбер виновато посмотрела в сторону кареты. Слуги и кучер заученно смотрели на лошадей, делая вид, что дела господ их не интересуют. Понимая, что только что устроила безобразную сцену, девушка вздохнула:
— Похоже, сегодня мне весь день предстоит извиняться перед вами.
Амстел покачал головой:
— Не стоит, если это не доставит вам удовольствия!
— Но ведь я вела себя сейчас, как…
— Зеленая девчонка? — почти весело подсказал он.
Эмбер внимательно посмотрела на него:
— Вы же дразните меня?
— Увы. — Он развел руками. — Поверьте, это получается непроизвольно. Что же касается остального, то, дорогая моя, хотя ваши опрометчивые поступки и доставляют мне некоторое неудобство, мысленно я аплодирую вашей выдержке. Большинство девиц, которых я знаю, сейчас бы бились в истерике. Вы лишь дрожите, и то, как я понимаю, от холода.
Приобняв ее за плечи, герцог мягко увлек девушку в сторону кареты. Слуги старательно отворачивались, пока он заботливо усаживал ее в экипаж На этот раз Амстел предпочел занять место рядом.
Вновь опустившись на подушки, Эмбер вопросительно посмотрела на своего спутника.
— Как долго нам еще ехать?
— Думаю, к полуночи будем на месте. Вы совсем продрогли. Вот, глотните.
Она послушно сделала несколько глотков из протянутой фляги. Ром уже привычно обжег горло, приятным теплом разливаясь по телу.
Теперь она уловила в нем нотки корицы и перца.
Делая вид что дремлет, она осмелилась склонить голову на плечо дракона, по странному стечению обстоятельств ставшего ее мужем.
Глава 6
К глубочайшему неудовольствию герцога, к охотничьему дому они подъехали далеко за полночь. Сначала пришлось задержаться на постоялом дворе, где дилижанс, высаживающий пассажиров, перегородил единственную дорогу остальным экипажам.
Несмотря на доносившуюся отовсюду ругань, кучер дилижанса привязал поводья к облучку и спрыгнул, чтобы помочь толстой торговке вытащить ее корзины, приваленные саквояжами других пассажиров.
Пока он разгружал багаж, слишком нетерпеливый форейтор соседней кареты взмахнул хлыстом над лошадьми. Прижав уши, те рванули вперед, карета и дилижанс столкнулись, при этом карета устояла, а дилижанс завалился на бок. Кто-то из соседних домов кинулся помогать пассажирам злополучного экипажа. Ржание лошадей, крики и ругань слились воедино.
