— А вдруг и правда зашибет? И тебя заодно!
— Если стоять всегда в стороне, можно и свою судьбу потерять, — просто ответила я старушке и выдернула локоть из ее захвата, — эй, уважаемый! Что вы здесь устроили, зачем чужих работников трогаете?!
Мужик замедлил ход, а потом и вовсе остановился, обернувшись ко мне. Мда, признаки болезни зеленого змия на лицо, так сказать. Отталкивающе запухшая морда с красноватым носом и злобными глазками, что не могли спрятать даже густые черные брови. Длинная, всколоченная борода, потертая и дырявая одежда, а также обувь в плачевном состоянии.
Хорош, что тут еще скажешь! Кажется, я понимаю, почему дети такие запуганные и неухоженные.
— Так ты и есть та самая девка, что моего Фрея к себе прикормила?! А меня, его бати, спросить?! Денег заплатить!
Вот смотрю на него и вижу Игорька. Точно таким же был, подлец. Плевать на всех и вся. Дети и жена с голоду подыхают? Так и надо, главное, чтобы пить было за что!
Где-то в груди зародилось недоброе чувство, и я двинулась к ним, готовая наброситься на этого пропитого урода с кулаками.
— Да кто ты такой, чтобы я с тобой договаривалась?! Я пьянчужкам не подаю, тем более, таким как ты уродам, мучающим детей. Отпусти парня по-хорошему, а то я за себя не ручаюсь!
Реакция отца Фрея была предсказуемой. И так злобные глазки мужичка налились кровью, и он, отбросив сына в сторону пошел на меня:
— Ах, ты ж с…ка! Сейчас я выбью из тебя весь гонор, подстилка графская!
Все, он напросился сам! Несчастный Фрей вцепился в ногу отцу, пытаясь остановить его и не дать навредить мне, но жертва парня была напрасной.
Тем более, что он дополнительно получил удар в голову кулачищем родителя.
Но я не собиралась бросаться на здорового и неадекватного мужика. О, нет! У меня был план поковарнее, а оружие посильнее! Рванув к сараю, что есть сил, я сорвала щеколду, распахнула двери и заорала:
— Ингеборга, Фрея бьют!"
"Я знала, что проклятая скотина даже ухом не пошевелит, чтобы спасти меня, но мальчишка… Восторги и забота Фрея о самовлюбленной козе дали неожиданные результаты.
Ингеборга в ответ прониклась снисходительной симпатией к пацаненку, и теперь у папаши Фрея не было ни единого шанса. Тем более, что он нарушил главный закон этой фермы. Бить кого-то здесь имела право исключительно Ингеборга.
Коза вылетела на мой призыв мгновенно и, не останавливаясь, пулей метнулась к композиции «сын-отец».
