Любовь и гром

— Если вам не доставляет удовольствия беседовать со мной, сэр, можете посадить меня обратно на моего коня.

— Неплохая попытка, леди, — только и сказал он. Джослин и в самом деле замолчала. Больше всего ей хотелось, чтобы они отпустили Сэра Джорджа, как сделали с лошадью Майлза. Она не могла спокойно думать о судьбе жеребца, если на этот раз счастье ей действительно изменило. Она чуть было не спросила Ангела, не возьмет ли он Сэра Джорджа себе, но потом решила, что он будет ничуть не лучшим хозяином великолепному коню, чем Длиннонос.

Сондерс, ехавший чуть впереди, торопясь поскорее добраться до цели, достиг вершины небольшого пригорка и что-то крикнул оттуда. У Джослин застыла кровь в жилах. Она догадывалась, что ждет ее по другую сторону. И не ошиблась. За холмом оказался небольшой овраг, вполне достаточный, чтобы там могли укрыться шестеро мужчин, занятых устройством лагеря.

Заслышав крик Сондерса, они оставили работу и, когда ангел въехал на вершину холма, все уже смотрели в их сторону.

Глаза многих заблестели при виде добычи.

Джослин инстинктивно откинулась на грудь Ангела. Мысли о побеге перестали ее занимать. Теперь оставалось только думать, какой вид смерти избрал для нее Длиннонос. Просто застрелит по-быстрому, или заставит сначала немного помучиться?

Она увидела его сразу. Он стоял в стороне от остальных, опершись на трость с серебряным набалдашником. Высокий, худой, прямой, как палка. Совершенно очевидно, что он не принимал участия в устройстве лагеря. Такое занятие было слишком унизительным для его изысканной особы.

Одежда его тоже резко выделялась на общем фоне. На нем был не только темно-серый костюм-тройка, но и модное пальто из кашемира. Кроме того, он был лет на десять старше каждого в своем окружении. По ее оценке, ему было чуть больше сорока.

Итак, вот она, ее судьба. Длиннонос ничем не напоминал хладнокровного убийцу. Это определение скорее подходило его наймитам, но никак не ему. Он выглядел совершенно безобидно, и, по правде говоря, его присутствие здесь казалось неуместным до смешного.

Джослин улыбнулась бы этой мысли, так как и сама она, в своей бархатной амазонке с тонким шейным платком и в высокой черной шляпе, выглядела ничуть не более к месту. Но ей было не до смеха. Возможно, Длиннонос оказался и не таким, как она его представляла, но от этого он не перестает быть тем самым человеком, который, как гончая, преследовал ее на протяжении трех лет с самыми отвратительными намерениями.