Любовь и гром

— Вы уже готовы, графиня и ты?

— Эдди, не…

— Нам нужно об этом поговорить, любовь моя. Ты должна будешь уехать немедленно, даже если все случится посреди ночи.

— Но так нельзя!

Он знал, что она имеет в виду.

— Похороны — печальная вещь, Джослин. Твое присутствие на них не послужит ничему, лишь разрушит все мои усилия, предпринятые для обеспечения твоего будущего. Обещай мне!

Она нехотя кивнула. Слова мужа делали ее немедленный отъезд реальностью. До этой минуты девушка старалась не думать о нем, словно надеясь таким образом удержать Эдварда подольше.

— Я отослал копию завещания Морису. Увидев, как расширились ее глаза, он пояснил:

, — Хочу верить, это удержит его от необдуманных поступков. Поняв, что ты покинула страну, он, надеюсь, оставит все как есть и удовлетворится перешедшим к нему майоратом. Итон достаточно богат, чтобы обеспечить всю его семейку.

Джослин не нужно было оставаться на чтение завещания, поскольку все остальное свое имущество муж уже перевел на ее имя.

— Если бы ты просто все ему отдал!..

— Никогда! Скорее я пожертвовал бы все бедным, чем позволил… Джослин, я хочу, чтобы мое имущество принадлежало тебе! Это одна из причин, почему я на тебе женился. Мне важно быть уверенным, что ты ни в чем не нуждаешься, и я позаботился, о твоей безопасности. Люди, нанятые для твоей охраны, — самые надежные, каких только можно было найти. Когда ты покинешь Англию, Морис не сможет настроить суд против тебя.

— Не говори мне сейчас о замужестве, Эдди… Только не сейчас, — прерывающимся голосом сказала она.

— Прости меня, дорогая, но ты еще так молода. Настанет день, когда…

— Эдди, ну, пожалуйста!

— Хорошо. Но ты ведь знаешь, что я лишь желаю тебе счастья? Ему не следовало много говорить. Он был утомлен до такой степени, что едва мог держать глаза раскрытыми. А хотелось еще столько ей сказать…

— Мир принадлежит тебе… Наслаждайся им…

— Я так и сделаю, Эдди.

Джослин говорила очень быстро, потому что ей вдруг показалось, что он умирает прямо у нее на глазах. Она крепко сжимала руку Эдварда, пока его взгляд снова не сфокусировался на ней.

— Буду ездить на верблюдах и слонах, стану охотиться на львов в Африке, взберусь на египетские пирамиды…

— Не забудь… свою конеферму.

— Не забуду.