Любовь и гром

Будь Джослин склонна к обморокам, при этих словах она, безусловно, потеряла бы сознание. А так — запаниковала. Теперь единственным шансом на спасение оставался Сэр Джордж. Если она сумеет до него добраться, то заработает пулю в спину, потому что только таким образом они смогут ее остановить.

Но Ангел, похоже, снова прочитал ее мысли. Он опять железной рукой ухватил ее за предплечье, пригвоздив к месту. Если бы она могла, то убила бы его за это. Она уже потянулась за шпилькой, но замерла, услышав его спокойный голос.

— Не похоже, что вы поняли, о чем речь, — сообщил он Длинноносу. — Я решил оставить ее себе. Пока она мне не надоест.

— Об этом не может быть и речи.

В тихом голосе Ангела явственно прозвучала угроза:

— Я не спрашиваю вашего разрешения, англичанин.

Лицо Длинноноса снова загорелось от гнева. Он замахнулся тростью, и в этом была его ошибка.

То, что последовало затем, не было неожиданностью для Джослин. В мгновение ока в руке Ангела оказался револьвер. Она лишь подскочила, когда раздался выстрел, но, к ее величайшему разочарованию, Длиннонос не рухнул мертвым.

Пуля Ангела лишь выбила трость из его пальцев.

Но англичанина это не успокоило.

— Мистер Оуэн! — взревел он.

Указанный джентльмен оказался явно умнее.

— Забудьте об этом, босс. С такими, как он, я не связываюсь. Окинув взглядом остальных, Длиннонос увидел, что они полностью согласны с приятелем. Один за другим они отстегнули ремни с кобурами и побросали их на землю. Причину столь странного поведения Джослин поняла, заметив, что Ангел поводит дулом своего кольта от одного бандита к другому.

Ни один из них даже не попытался разоружить его, хотя численное превосходство было на их стороне. Невероятно! Похоже, не одна она имела шанс увидеть, насколько он быстр и меток.

— Приведи коня, Сондерс, — велел Ангел, кивнув на Сэра Джорджа.

Парнишка поспешно выполнил приказ. Джослин от облегчения чуть не рассмеялась. Но тут вспомнила, что до спасения еще далеко. Она лишь попала из огня да в полымя. Конечно, нынешний расклад несоизмеримо лучше.

Во всяком случае, непосредственная угроза ее жизни миновала, так что у нее даже есть причина быть благодарной своему неожиданному спасителю.

Но слова, сказанные им на прощание Длинноносу, заставили ее изменить мнение.

— Для собственного успокоения можешь считать ее мертвой, парень. Там, куда я уеду, никто ее никогда не найдет. А когда она мне надоест…

— Убьете ее?

— А почему нет? — пожал плечами Ангел. — Деньги Драйдена я уже получил.