Любовь и гром

Но сейчас еда не очень интересовала Джослин — все ее внимание сосредоточилось на его бедрах, где играли мощные мышцы. Она вспомнила, что еще не видела его без одежды. Теперь скоро увидит. Возможно, даже нынче ночью. Боже мой, от одной только мысли ее охватывает трепет! Нет, определенно следует переключиться на что-нибудь более безопасное.

— Ты ведь не собираешься спросить, умею ли я готовить? Не оборачиваясь, он покачал головой.

— Если ты скажешь «да», я вынужден буду доверить это тебе независимо от того, так это или нет.

Джослин рассмеялась, прекрасно понимая: он не шутит.

— Я тоже, поэтому счастлива, что хоть один из нас умеет. Меня никогда не допускали на кухню — царство прислуги, знаешь ли. Да я и не испытывала особого желания учиться готовить, когда росла. Меня больше интересовали конюшни, а туда мне никто не мог запретить ходить. Но говорят, даже моя мать умела печь пироги. Думаю, мне стоило бы научиться готовить хоть одно блюдо. У каждой женщины должно быть что-то такое, что ей особенно удается, правда?

— Ты не так уж плохо делаешь, герцогиня… некоторые вещи.

У нее на щеках выступила краска.

— Я имею в виду кухню.

— А я имею в виду твое обращение с лошадьми. Джослин не смогла сдержать ухмылки.

— Ты ужасная ехидина, Кольт Сандер.

Он перехватил ее ухмылку и усмехнулся в ответ.

— И с ружьем ты тоже неплохо управляешься.

— Ну, если уж мы заговорили о талантах в целом, то должна признаться, что кое-какими обладаю.

— На чем?

— На велосипеде. Знаешь, рама с двумя колесами и…

— Я знаю, что это такое. Проклятая железная лошадь. Видел целую кучу в Чикаго — пугали настоящих лошадей и врезались на полном ходу в стенки домов. И ты хорошо с ним управляешься?

— Могу сесть и слезть, проехать и ни разу не упасть. Правда, мне не хочется перечислять синяки и царапины, приобретенные во время его освоения. Я совершенно согласна, что в городе велосипед может быть опасен.

— Нет уж, спасибо. Предпочитаю настоящих. Джослин попыталась представить Кольта на велосипеде и чуть не засмеялась в голос. Нет, едва ли ему понравится штука, которой так трудно управлять.

Они съели пополам фазана, оказавшегося просто великолепным. Птицы на вид были ужасны, поскольку их не ощипали, но их мясо — нежным и вкусным.