Но для меня ничего было не изменить – я должна покинуть имение Тейтеров как можно скорее.
Но в глубине сада, когда я миновала несколько грушевых деревьев и роскошные кусты рододендронов, направляясь к увитой зарослями дикого винограда калитке, меня поджидала… Надин Остин.
Увидев ее, я порядком удивилась.
Нэнси терпеть не могла Надин – все школьные годы считала ту ленивой и завистливой девицей. Дочь травницы платила ей похожей монетой, но к Нэнси не подходила и задирать ее не осмеливалась. Наверное, знала, что может получить от нее по первое число и что подруга не станет ее жалеть, как это делала я.
Так что о приглашении на день рождения и речи идти не могло.
Но теперь Надин стояла на территории «Стрекозы» и явно кого-то высматривала. Возможно, даже меня, потому что стоило ей меня заметить, как на заплаканном, но решительном лице травницы промелькнуло выражение злобного торжества.
– Надин, что ты здесь делаешь? – поинтересовалась я, потому что та стояла как раз возле калитки, преграждая мне путь.
– Искала тебя, Мира! Хотела с тобой поговорить. Сперва пришла в «Поющую Иву», но слуги сказали, что все Уилсоны отправились к Тейтерам. Поэтому я здесь.
– Мне надо идти, Надин! – покачала я головой. – Если ты хочешь поговорить, мы это сделаем, но не здесь и не сейчас. Приходи завтра в «Поющую Иву», у меня будет больше времени на разговоры.
Сегодня мне надо было прийти в себя и хорошенько обо всем подумать, а вовсе не выслушивать незаслуженные упреки и укоры, потому что Надин смотрела на меня осуждающим взглядом.
Но дочь травницы не сдвинулась с моего пути, а на ее круглом лице появилось выражение одержимого упрямства.
– Ты никуда не пойдешь, пока меня не выслушаешь, а потом кое-что мне не пообещаешь, – заявила она. – Потому что Роган вернулся. – Так и есть, он должен был вернуться еще вчера вечером, Молли Делавейр мне об этом говорила. – Я была на ранчо Делавейров этим утром, и он мне сказал…
На миг мне захотелось спросить, за какими такими демонами Надин потащилась на ранчо, но затем я поняла, что мне совершенно все равно.
И еще – что Надин Остин мне нисколько не жалко.
Ей давно пришла пора взять себя в руки и перестать преследовать мужчину, который ее не любил и никогда не полюбит."
"– Я пришла, чтобы спросить у Рогана, что он решил насчет Летного Бала. Узнать, пригласит ли он меня, как собирался…
– Но Роган не собирался, – поправила я, затем оглянулась.
