– Госпожа Стентона, вот кто, приграничная шваль! – рявкнула Элсбет.
– Да ты горячая штучка! – хмыкнул шотландец. – Пожалуй, сумеешь согреть мужчину в холодную зимнюю ночь!
Он пощекотал Элсбет под подбородком, но тут же с воплем отдернул окровавленную руку: женщина успела полоснуть его ножом.
– Сука! – проревел он. – Ты за это заплатишь!
– Джок! – одернул его пожилой мужчина среднего роста, с седыми волосами и властным видом. – Не покалечь пленников! Я не потерплю насилия!
– Значит, сэр, вы здесь главный? – спросила Адэр.
– Совершенно верно. Я Уильям Дуглас. А кто ты?
– Адэр Радклифф, госпожа Стентона. Полагаю, вы пришли за скотом? Берите его и оставьте нас с миром.
– Ваш скот, ваше зерно, которое вы так заботливо собрали, и пленников, миледи, – любезно ответил Дуглас. – Конечно, скот стоит дороже. Но на границе существует прекрасный невольничий рынок. На ярмарке в Михайлов день можно продать и купить кого угодно. Я, разумеется, буду счастлив получить за вас выкуп, если сообщите, к кому мне обратиться.
Где ваш муж?
– Недавно погиб.
– А дети?"
"– Мы прожили совсем немного.
– Ваши родители?
– Лежат на склоне холма, сэр.
– Но хотя бы родственники!
– Увы, в живых никого не осталось.
– Может, у вас где-то спрятано золото? – вежливо осведомился он.
– Будь у меня золото, сэр, какие гарантии, что вы возьмете его и уйдете?
– Я человек слова, – с абсолютной серьезностью объявил Дуглас, – но если у вас нет золота, мне ничего не остается, кроме как забрать вас и продать на ярмарке в Михайлов день.
Я бедный приграничный житель и зарабатываю на хлеб чем могу.
– Сэр, умоляю, отпустите нас, – тихо попросила Адэр. Уильям Дуглас мягко улыбнулся. Его лицо, по контрасту с седыми волосами, казалось совсем молодым. Приподняв подбородок Адэр, он посмотрел ей прямо в глаза.
– Мадам, сожалею, что должен отказать такой красавице, но приходится.
Его голубые глаза были холоднее льда. Отвернувшись, он бросил Джоку:
– Ну что, все готово?
– Да, милорд, я велел привести телеги.
Здесь много сильных женщин и ребятишек. Вас ждет хорошая прибыль.
Слыша наглые речи, Адэр вдруг подумала: «Почему я стою и позволяю свершиться несправедливости?»
Оторвавшись от толпы, она помчалась по деревенской улице.
– Бегите! – кричала она. – Бегите!
Послышался топот: очевидно, остальные последовали ее примеру. Шотландцы сыпали проклятиями, женщины визжали.
