Но я все-таки вынесла их во двор и хорошенько встряхнула, а нишу вымыла. Только вот одеял нет. Придется укрыться плащами.
– Ты хотела меня видеть, Элсбет?
Обернувшись, женщины заметили стоявшего в дверях лэрда.
– Да, милорд, – кивнула Элсбет. – Не соизволите ли присесть за стол? Я тоже сяду: старые кости уже ноют от усталости.
– Разумеется. Ты прекрасно готовишь.
– Это было нелегко, милорд. В кухне – настоящая свалка, и придется немало потрудиться, чтобы навести в ней порядок. Нам многое потребуется. Прежде всего нужен сильный парнишка, чтобы рубить дрова, складывать их у очага, таскать воду, точить ножи, – словом, выполнять мои поручения.
В кладовой нет припасов. Ни муки, ни соли, ни сахарной головы. Никаких пряностей. Когда мы приехали, я видела во дворе кур. Где их держат? Необходима ежедневная доставка яиц, молока, масла и сливок. Нам также понадобится женщина из той деревни, куда ходил Мердок, чтобы каждый день печь хлеб. Просто чудо, что я смогла накормить всех ваших людей! Где дичь для ледника? Ни оленя, ни кролика, ни единой утки!
Элсбет немного передохнула, прежде чем продолжить свою тираду:
– Нам не обойтись без мыла и песка для стирки; да, и еще нужна метла.
Нельзя держать зал в чистоте без метлы. И пчелиный воск, чтобы натереть мебель. Да и одеял для нас тоже нет!"
"Пока Элсбет перечисляла все необходимое, Адэр исподтишка изучала лэрда. Очень, очень высок, гораздо выше шести футов. Волосы такие же черные, как у нее, прямые словно палки и не слишком длинные, доходят до воротничка рубашки.
Темно-серые глаза опушены необыкновенно густыми ресницами. Лоб высокий, нос – длинный, а вот губы – полные, но не толстые. Особенно завораживали его ладони: большие, квадратные, с длинными, на удивление чистыми пальцами.
– И еще хорошо бы получить лохань для мытья. Моя госпожа привыкла часто мыться. И нам позарез необходима еще одна служанка, чтобы помогать со стиркой. Если мне придется готовить на весь замок, а мистрис Адэр – следить за чистотой, стирать мы просто не успеем.
Наверняка ваша добрая матушка, упокой Господь ее душу, держала служанок.
– Они ушли вскоре после ее смерти, ибо мои люди иногда бывают грубоваты, – сознался Конал. – Конечно, присутствие матери держало их в узде, но после ее смерти мужчины окончательно распоясались. Я думал обойтись без служанок, но, очевидно, ошибался. Завтра я пошлю брата Дункана в деревню. Будут у тебя помощники.
– Вы очень великодушны, милорд, – кивнула Элсбет.
