Второй брак был устроен по той причине, что окружающие были уверены в неспособности одинокой женщины оборонять Стентон от набегов, как позже доказало нападение Уилли Дугласа. Мне нравился Эндрю. Полагаю, я даже по-своему любила его. Он был хорошим человеком. Но в третий раз я выйду только за того, кто полюбит меня. Искренне и по-настоящему. Мой дядя Дикон страстно любил жену. Именно этого я и хочу от мужа. Стану ли я вашей по закону? Нет, милорд, пока вы не научитесь любить меня и не признаетесь мне в этом. Я сразу пойму, если вы солжете.
Конал был поражен ее словами. Каждая женщина, с которой он спал, мечтала выйти за него. Да что это такое с ней творится?
– Ты моя! – прорычал он, схватив ее в объятия и глядя в прекрасные аметистовые глаза.
– Да, милорд, – с едва заметным смешком согласилась Адэр.
– Меня зовут Конал! – почти завопил он. – Ты провела со мной семь месяцев, и ни разу я не слышал своего имени из твоих уст!
– Вы не давали мне на это разрешения, – резонно заметила Адэр. – Помните, милорд, я ваша рабыня.
Вы заплатили за меня серебряное пенни!
Теперь в фиалковые глазах плясали лукавые огоньки.
– Назови меня по имени, – потребовал Конал. Она издевается над ним, черт бы ее побрал!
– Конал, – Адэр ему в губы. – Конал, Конал, Конал…
– Когда-нибудь я обязательно тебя убью, – пообещал он, прижавшись к ее губам.
– Почему? Разве я не покорна твоей воле, Конал? Разве не содержу твой дом в порядке, разве не ублажаю тебя в постели?
– Ты выйдешь за меня, – сказал он.
– Не выйду, пока ты меня не полюбишь.
После Михайлова дня мы с Элсбет обретем свободу и по английским, и по шотландским законам. Ты сделал меня своей шлюхой, но я не обязана оставаться ею навсегда.
– Да, – кивнулон, – я убью тебя.
Адэр обняла его и прижалась к мускулистому телу.
– Каким образом? Как именно вы убьете меня, милорд Конал?
Кончик ее языка обвел его губы. Упругие груди потерлись о его грудь. Острые соски кололи кожу. Жар ее лона превратил его мужское достоинство в стальной стержень. Не было на свете женщины, которая бы настолько удовлетворяла его, и он твердо знал, что в его жизни не будет никого похожего на Адэр.
Он хотел ее. Но о какой любви она твердила? Он не понимал и поэтому стал исступленно целовать ее, пока она не обмякла в его объятиях. Опустив ее на постель, он поспешно разделся. Одежда беспорядочной грудой упала на пол. Когда Конал повернулся к Адэр, она уже сняла камизу и оказалась обнаженной под его пристальным взглядом. Конал долго стоял, глядя на нее.
