– На самом деле он вовсе не таков, – смеясь, уверил Хепберн."
"– Вы слишком умны для меня, мадам, – великодушно заметил лорд Хоум. – Вы очень помогли нам, Адэр Радклифф. Жаль, что ваш король так стремится упрочить свое положение, что без жалости отказывается от того, кто мог бы стать ему верным другом, несмотря на отсутствие влияния.
– До единственной встречи с Генрихом Тюдором я видела его только на расстоянии и слышала о нем лишь от его матери. А матери обычно стремятся превозносить своих детей. Больше всего меня задело предательство сестры.
Мы подружились с того момента, как я попала ко двору. Играли вместе, делились секретами, спали в одной постели. И все же Элизабет не заступилась за меня. Даже не смотрела в глаза, когда король всячески меня оскорблял. Леди Маргарита вела себя немногим лучше, но я никогда не была ее любимой ученицей, а теперь у меня нет ни денег, ни положения, – горько усмехнулась Адэр.
– А вот я как раз подозреваю, что вы были ее лучшей ученицей, – возразил лорд Хоум. – Возможно, вы не так покорны или домовиты, как единокровные сестры, зато, повторяю, очень умны, Адэр Радклифф.
– Ум не сослужил мне хорошей службы, милорд, – грустно заметила Адэр.
Конал с всевозрастающим изумлением слушал, как Адэр говорит с лордом Хоумом. До этого вечера происхождение и родословная женщины, которую он называл своей рабыней, мало значили для него. И вот он сидит в собственном доме, а эта английская девчонка беседует, так уверенно и властно, с одним из самых могущественных приграничных лордов во всей Шотландии, да еще на темы, о которых он и понятия не имеет.
Наконец Адэр встала.
– Я должна извиниться, милорды, но Клайт очень мал и мы можем предложить вам всего лишь спальные места в зале. Я должна удостовериться, что они готовы. Братья милорда позаботились о ваших людях, и они переночуют в конюшне. – Она присела и удалилась.
– Делай все, что хочешь, парень, но тащи эту девушку к алтарю, – посоветовал лорд Хепберн. – Будешь последним дураком, если она откажется.
Дети, которых она даст тебе, возвысятся и станут великими людьми. Но что мне делать с твоим кузеном?
– Он хорошо вам служит? – осведомился Конал.
– Достаточно хорошо, – заверил Хепберн.
– В таком случае не стоит прогонять его, милорд. Но в Клайте пусть не показывается. Мы никогда не ладили, и я не видел от него ничего, кроме неприятностей.
Патрик кивнул.
– Если начнется война, может, я договорюсь, чтобы его прикончили. Ради тебя, – полушутя заметил он.
