– Ты совсем не умеешь лгать, Конал, – хмыкнул Дункан. – Ты любишь ее, а она любит тебя. Не понимаю, почему никто из вас не желает этого признавать? Когда ты болел, она ухаживала за тобой как за ребенком. Почти не спала. Все время была рядом. Лично я буду счастлив, когда вы наконец заключите мир.
Вечером Конал объявил, что утром уезжает на несколько дней.
– Дункан отправится со мной. Мердок остается за хозяина. Адэр, ты снова можешь вести мой дом. Но если попытаешься сбежать, Мердоку приказано запереть тебя в спальне.
Тебе понятно?
– Куда я пойду? – гневно взвилась Адэр. – Элсбет твердит, что Стентона больше не существует. Последнее время мне постоянно хочется спать, а при виде еды тошнит. Вряд ли я смогу пройти много миль до Стентона, милорд.
– Ты поняла? – повторил Конал.
– Поняла, поняла, – фыркнула Адэр. – Куда ты едешь?
– У нас с Дунканом дела в Хейлзе, – коротко ответил он. Адэр не стала допытываться, а наутро Конал ушел, когда она еще спала.
Они скакали с рассвета почти до заката.
С наступлением осени дни становились все короче. Прибыв в замок Хепберна, они нашли хозяина и принца в парадном зале, где как раз подавали ужин."
"Только когда со столов было убрано и мужчины расселись перед очагом, Конал объяснил, что привело его в Хейлз.
– Иисусе, Брюс! – взорвался хозяин, когда Конал замолчал. – Неужели ты так и не сказал девушке, что любишь ее? Признай ты правду, и ничего бы этого не было!
– Не мужское это дело – разливаться в нежностях перед женщиной, – буркнул лэрд, краснея.
– Черт, да Джейми то и дело признается своим женщинам в любви. У него уже есть один бастард, не так ли, дьяволенок? Женщины любят ушами, и признания тешат их сердце. Ничего в этом такого нет. Если так уж боишься, сделай это в порыве страсти.
– Теперь Адэр мне не поверит, – вздохнул лэрд. – Она много месяцев ждала, что я скажу ей о любви, но у меня язык не слушался. Тогда она пригрозила, что уйдет, когда кончится срок ее службы, и наверняка ушла бы, но мой младший брат проболтался, что она носит ребенка.
Теперь мы постоянно скандалим, и даже если я скажу Адэр, что люблю ее, она посчитает меня лжецом. Но я не стану ее убеждать. Наш ребенок должен родиться в браке. Поэтому мне и нужна помощь, ваше высочество.
– Но чем я могу помочь, милорд? – удивился Яков Стюарт.
– Священник сказал, что, если кровный родственник Адэр согласится стать ее опекуном и устроит брак, она будет обязана смириться. Адэр – побочная дочь Эдуарда Четвертого.
