Она уже сняла платье, оставшись в камизе, и теперь уселась на постель, расплела косу и принялась расчесывать волосы.
Конал взял у нее щетку и сел рядом.
– Нет, моя медовая любовь, эта обязанность принадлежит только мне. Я обожаю твои волосы. Они такие мягкие и необыкновенного цвета. Сейчас вот черные, а стоит свету их коснуться, как приобретают синеватый оттенок, словно вороново крыло.
Он взял прядь волос и прижал к губам.
– Ты так прекрасна, жена.
Легкий озноб прошел по спине Адэр. Его голос, его слова взволновали ее.
Они так давно не были вместе!
Адэр почувствовала, как тает от любви к Коналу… но тут же опомнилась. Он заслужил наказание! И пусть не думает, что может улестить ее сладкими словами, ведь признания в любви она так и не дождалась!
– Нужно позаботиться о ребенке, Конал. Я впервые беременна и не знаю, что нам позволено, а что – нет, – тихо сказала она.
– Завтра я спрошу повитуху, – пообещал Конал, раздеваясь. – Но я не позволю отказать мне. И не позволю себе отказаться от тебя, моя медовая любовь.
Он встал и уложил щетку в сундук Адэр, а когда повернулся, она уже лежала в постели.
Он лег рядом. Оба молчали. Наконец Конал сел, подложив подушки себе под голову, притянул Адэр к себе, так что она оказалась между его длинными расставленными ногами, и, невзирая на протесты, поднял подол ее камизы.
– Я не войду в тебя, пока не узнаю, что это безопасно, но не вижу причины, почему бы нам не наслаждаться друг другом десятками других способов.
Он стал ласкать ее грудь.
– О, пожалуйста, осторожнее – взмолилась Адэр. – Моя грудь стала очень чувствительной.
– Вижу, – пробормотал Конал, когда ее соски на его глазах сморщились и затвердели.
Адэр затрепетала под его прикосновениями, остро ощущая растущее желание.
Некоторое время Конал продолжал играть с ее грудью… потом погладил чуть выдающийся живот…
– Конал, прошу тебя, остановись!
– Почему? – поддразнивал он, перекатывая между пальцами ее соски.
– Потому что я хочу тебя, дьявол ты этакий, – призналась Адэр.
Конал улыбнулся:
– Не знаю, смогу ли я ублажить женщину, которая не желает меня простить.
– В таком случае и я не подарю тебе наслаждения. Пожалуйста, подожди, пока мы не поговорили с повитухой.
– Ты суровая женщина, Адэр Брюс, можно сказать, жесткая. Адэр, не выдержав, засмеялась.
– Да и вы человек не мягкий милорд. Это сразу видно, стоит только на вас взглянуть.
Конал усмехнулся:
– Сегодня наша брачная ночь.
– В моем животе ребенок, Конал.
