– Не могу же я принимать гостей, не узнав, когда их ожидать? Наши зимние запасы небезграничны.
Но и Конал, и Дункан заверили ее, что так даже лучше. Те, кому нужно будет встретиться здесь, просто появятся в один прекрасный день, и никто не обвинит хозяев в сговоре с мятежниками.
Однако Адэр немедленно послала мужчин на охоту. Ей нравилось снова быть в гуще событий, но нельзя, чтобы гостеприимство Клайта подверглось сомнениям. И силы природы словно услышали ее, потому что в округе в изобилии появилась дичь. Скоро ледник был набит тушами оленей, кабанов и дикой птицей.
Пойманная рыба засаливалась и коптилась. Адэр про себя радовалась, что голод теперь им не грозит.
Выпал первый снег, укрыв белым покрывалом ближайшие холмы. В холодные длинные ночи, земля блестела миллионами крошечных бриллиантиков. Супруги посоветовались с деревенской повитухой, которая велела лэрду держать похоть в узде.
– Ваша жена уже не так молода, милорд. Двадцать три года – солидный возраст, и это ее первый малыш. Постарайтесь сдержать свою пылкую натуру, пока не родится младенец.
Клайту нужны наследники, а вы достаточно медлили с женитьбой.
Адэр с облегчением выслушала тираду повитухи, поскольку чувствовала себя неважно. Ее постоянно тошнило, а слабость росла. Но, нужно признать, Конал умел ее утешить. Дважды в день расчесывал ей волосы, по ночам нежно ласкал грудь и гладил набухавший живот, тихо разговаривая при этом с ребенком. В конце ноября Адэр почувствовала первые движения малыша и впервые серьезно задумалась, кого она носит: действительно сына или девочку?
В конце декабря они отпраздновали Рождество.
Священник отслужил рождественскую мессу в зале: госпоже было тяжело добираться до деревенской церкви. Зал украсили ветвями сосны и можжевельника, а также положили в камин гигантское бревно, которому предстояло гореть все Святки. В каждом углу горели недавно отлитые свечи.
– Ты снова кажешься счастливой, – заметила Элсбет одним холодным утром, когда принесла госпоже свежий хлеб, масло и бекон.
И Адэр поняла, что действительно счастлива. Счастлива впервые за очень долгое время. Она оглядела чистый теплый зал, украшенный к Рождеству. Удобная мебель. Уют и покой. Горящее полено в очаге. Молодой волкодав, названный Бейстом в честь старой собаки, громко храпел у огня. Муж и братья сидели за высоким столом, ели, пили, обменивались шутками. Адэр не знала, что случилось, но неожиданно гнев и горечь покинули сердце и она наконец ощутила полное довольство жизнью.
