Любовь и прочие яды

Он, наверное, все местные запасы выхлебал, пока пребывал в депрессии.

– А ты часто до этого покупал межийское? – медленно проговорила я, чувствуя, что вот-вот нащупаю что-то очень важное.

– Ну… – Парень как-то растерялся и даже, кажется, смутился. – Один раз.

– Всего? – искренне удивилась я.

– Один раз, но ящик, – нехотя пояснил маг. – Выкупил все, что было, вот перед тем вечером пришлось поискать…

– И где ты все выкупил первый раз? – Я аж подалась вперед, положив руки на столешницу.

– Хм… Винный бутик мадам Роузы, кажется.

Я прикрыла глаза, выдыхая сквозь стиснутые зубы. Вот же дрянь!

– Что-то не так? – нахмурился Винсент.

– Нет, – спокойным тоном проговорила я. – Все так. И ты был абсолютно прав.

– Да? – удивился маг. – И в чем же?

– В Келлер. Роуза – ее мать.

В комнатке повисла тишина. Винсент задумчиво терзал мясо в тарелке, прежде чем сказать:

– Это косвенные доказательства. Прямых у нас нет.

– Грогону хватит и косвенных для начала разбирательства, – уверенно сказала я.

– С чего ты так решила? – удивился маг.

"Потому что за попытку отравить меня ректор сам оторвет Келлер голову, пока сюда не явились мои братишки и не поотрывали лишние конечности уже ему. Но вслух я не посчитала нужным это говорить. Пришлось поднапрячься и вспомнить, что Грогон в гостях у отца хвастался, как обкатывал магическую систему распознавания лиц в академии и раздавал люлей особо бедовым студентам. Об этом, конечно, бедная сиротка из приюта при храме тоже знать не должна, но я подобрала слова и очень надеялась, что они убедят Винсента и не вызовут ненужных подозрений.

– Ну не знаю, как ты, а я так точно на хорошем счету у всех преподавателей, – заявила с видом умницы-заучки. – Сбежала сюда из столицы без гроша в кармане, сама поступила и учусь на отлично. С таким прекрасным резюме меня как минимум выслушают до конца и воспримут серьезно.

– Я таким идеальным послужным списком похвастаться не могу, – покачал головой парень.

– Винсент, эта сумасшедшая, возможно, прямо сейчас готовит новую порцию отравы.

Парень поморщился, а меня вдруг озарило:

– А ведь она наверняка действительно внебрачная дочь какого-то аристократа, как хвалится… Если рецепт этой дряни передавался из поколения в поколение, значит, и ее мамаша этим же методом пользовалась.

– А она хвалится, что дочь аристократа? – удивился Винсент.

– Не меньше герцога! – подтвердила я.