Любовь и прочие яды

Руэда устранился от процесса, вручив мне кухонный тесак внушительных размеров. Даже не знаю, шел ли он в комплекте с едой или был забыт в заказе поварятами.

Пришлось снимать перчатки, а заодно и родовое кольцо, чтобы не испачкаться. Да и так они мне уже порядком поднадоели, если бы не обещание брату, я давно уже запихнула бы их куда подальше в своей комнате.

В общем, двадцать минут спустя составленные столы ломились от съестного.

– Ты пригласил кого-то еще? – спросила я, оглядывая поле деятельности.

– Нет.

– На двоих многовато…"

"– Ты меня недооцениваешь, – улыбнулся Винсент. Широко, искренне, сверкнув белоснежными зубами. – И потом, у меня есть еще кое-что для бонуса.

На столе возникло несколько бутылок вина. С этими аргументами нельзя было не согласиться. И пошел вечер как-то веселее. Мы ели, пили, обсуждали предметы и преподавателей, старательно избегали личных вопросов. Хотя, признаться честно, я ждала какой-то ненавязчивой романтики, однако все шло исключительно в рамках приличий.

Ну и ладно. Не больно-то и хотелось.

– Это последняя, – констатировал Винсент, откупоривая бутылку.

Я беззастенчиво зевнула во весь рот:

– Отлично, добьем ее – и на боковую.

Винсент разлил по бокалам тягучую алую жидкость. Тосты у нас давно закончились, так что я не стала дожидаться, пока парень дожует очередной кусок мяса, и приложилась к вину.

– Какой странный вкус… – пробормотала я, сделав пару глотков.

– Почему? – не понял Винсент. – Такое же в точности, как и предыдущие.

Я подняла на него глаза, чтобы предложить попробовать и убедиться самому, и тут-то меня и накрыло.

– Винсент… – пролепетала я плохо слушающимся языком.

– М? Хель? Хель, что с тобой? – обеспокоенно спросил он.

А у меня все уже было прекрасно. По телу разливалось тепло, и мир вокруг парня начал приобретать особенно яркие краски. Хотелось петь и танцевать, желательно в крепких объятиях адепта Руэды.

Нащупав одной рукой другую, я застонала. Кольца не было! Я банально забыла надеть его обратно!

– Хель, ты меня пугаешь…

Я взяла его за руку и, заглядывая в глаза, с придыханием произнесла:

– Я и саму себя пугаю.

Парень нахмурился, отобрал у меня бокал и принюхался к содержимому. Соображал он медленно, все-таки час уже поздний, сытная еда, вино – все это не способствовало улучшению мозговой деятельности.