Любовь и прочие яды

Я буквально кожей чувствовала, что маг что-то недоговаривает, но ухватиться за эту мысль мне не дали.

– Пойдем, устрою нам фиктивное свидание. Раз уж облажался, постараюсь скрасить эти выходные, – миролюбиво предложил он, и я предприняла последние попытки сохранить мозги в твердом состоянии.

– Я, между прочим, девушка из приличной семьи! – Возмущению моему не было предела.

– Ох, женщины, о чем вы только думаете! – Руэда картинно закатил глаза. – Просто прогуляемся, покажешь мне Ротур.

Пришлось вздохнуть и согласиться.

Конечно, вздыхала я не то чтобы искренне, скорее восторженно, но умом-то понимала, что, когда выветрится мой приворот, всех будущих офицеров наверняка уже разберут. И мне ничего не достанется! С другой стороны, а нужны ли мне эти боевые маги? С одним вот связалась, и чем дело кончилось?

Раньше я думала, что мое первое свидание было с Энди. Мы гуляли под ручку, иногда сидели в таверне и ни разу даже не поцеловались. Впрочем, учитывая все произошедшее, это даже и хорошо. От поцелуев с таким парнем я бы потом долго отмывала рот с мылом.

В общем, это были не чопорные, но весьма скучные встречи с человеком не моего круга. Вспоминая сейчас об Энди, я понимаю, что мне не с чем было сравнивать и все казалось волшебным просто потому, что было в новинку.

Но сейчас пришлось признать: встречи с Энди ни в какое сравнение не шли со временем, проводимым с Винсентом. И дело тут не в привороте, как ни странно. Дело было в человеке.

– Голодная? – спросил Винсент, когда мы вышли с территории академии.

– Пока нет, – покачала головой в ответ. – Пойдем на Малую Северную площадь? Там возвели ледяной лабиринт, говорят, очень красиво.

– Пойдем, – легко согласился Винсент, предлагая мне локоть.

Небо хмурилось, и я надеялась, что все-таки увижу снег в этом сезоне. У меня дома всегда была честная зима четыре месяца в году, и я очень скучала по настоящим сугробам. Вспомнился наш замок, укутанный снежными шапками, как пушистой шалью. Стоящий невдалеке магический лес, переживший не одно поколение магов, страдающих от избытка энергии в переходном возрасте.

И неширокая, но такая стремительная речка, что отказывалась замерзать даже в самые лютые морозы. Впрочем, виноваты в этом опять-таки были поколения юных магов.

Я тихонечко вздохнула, чувствуя одновременно и сопричастность к семейному гнезду, и собственную чуждость. Стало тоскливо.

– Ты в порядке? – спросил Винсент, чуть нахмурившись.

– Да… – не сразу отозвалась я, с трудом выныривая из мрачных мыслей.