Любовь и прочие яды

– Может быть, «форрут» – это жаргонизм? За двадцать пять лет наверняка ведь терминология изменилась…

И тут меня осенило!

– Ты не прав! – воскликнула я так радостно, что Винсент на меня опасливо покосился.

Нет, в целом он привык, что последние несколько дней я немного странная, как будто бы все время слегка пьяненькая. Но после моего веселого возражения даже я бы на его месте задалась вопросом об адекватности спутницы.

– То есть ты прав, – поспешила поправиться я и, не выдержав обалдевшего взгляда синющих глаз, споткнулась на ровном месте.

Винсент привычно придержал меня за талию, и я продолжила тараторить:

– Ты прав, но в другом. Кажется, я знаю, как найти этот корень всех бед!

– Поделись, – осторожно предложил парень, не спеша выпускать меня из рук.

– Ортон – не местная.

Пару секунд Винсент молчал, продолжая идти со мной в ногу и обнимать за талию, а потом многозначительно изрек:

– А-а-а!..

– Да! – подтвердила я, чувствуя восторг от собственной догадливости и гениальности. – Она – урожденная жительница новой провинции!

– Которая двадцать пять лет назад принадлежала соседнему государству, – подхватил мою мысль Винсент.

– То есть форрут – это не жаргонизм, – продолжила я.

Парень посмотрел на меня не то с восхищением, не то с гордостью и озвучил идею, пришедшую мне в голову минутой ранее:

– Это слово на другом языке.

Глава 17

Выдав Винсенту задание организовать нам ужин, я почти взбежала на четвертый этаж и заколотила в третью от лестницы комнату. Дверь распахнулась, являя мне сонную адептку-старшекурсницу.

У хозяйки помещения было три очень важных для меня качества. Во-первых, она была отличницей. Идеальной, круглой и крайне дотошной. Во-вторых, неисправимым жаворонком, поэтому одиннадцать часов вечера для нее было как три утра – самый сладкий сон. Ну и, в-третьих, самое приятное. Она была невестой какого-то там то ли чиновника, то ли наместника и учила второй язык, чтобы после выпускного уехать в ту самую провинцию, где сейчас наслаждается жизнью магистр Ортон.

– Мне нужен альтино-тамбарский словарь, – без предисловия начала я.

Девушка зевнула и прислонилась к дверному косяку.

– Зачем?

– Почитать. – Я с любопытством наблюдала, как Аська борется со сном, стараясь держать глаза открытыми.

Забрать любую книжку у отличника – дело трудное, деликатное, требующее демонической хитрости. И, несмотря на то что магией меня природа обделила, аристократические навыки были, что называется, в крови. В том числе и способы ведения переговоров.