Любовь и прочие яды (СИ)

Я помолчала. Руэда был мрачен, собран и шел так стремительно, что почти волочил меня за собой.

– Винсент, это разве вписывается в рамки идеальной дисциплины? Может, сообщить лорду-ректору?…

– Это вопрос чести. Не лезь.

Я снова замолчала. Ненадолго, правда. Любопытство было сильнее.

– Винсент, что между вами произошло?

Винсент остановился и посмотрел на меня таким тяжелым взглядом синих глаз, что я невольно нервно сглотнула.

– Я. Сказал. Не. Лезь.

Кивать я не стала – нельзя же так внаглую врать человеку, – но уверенно моргнула, что было опрометчиво расценено Винсентом как согласие.

Остаток пути прошел в молчании. Судя по выражению лица парня, он не составлял завещание, он мысленно нарезал противника на мелкие запчасти. Я же составляла монолог, который наверняка должен был убедить парня мне все рассказать. И я была намерена озвучить его, как только Винсент немного поостынет – где-нибудь на территории академии, желательно в каком-нибудь укромном закутке, чтобы никаких путей к отступлению не было.

Но этому хитрому плану свершиться не удалось. Стоило нам шагнуть за ворота академии, как ко мне подлетел взъерошенный комендант и, захлебываясь словами, заявил, что я срочно должна пойти с ним разбираться с жильем, иначе лорд-ректор оторвет ему голову. От такой постановки вопроса я аж растерялась и посмотрела на Винсента. Тот окинул коменданта цепким взглядом и, придя к какому-то выводу, согласно кивнул:

– Иди.

Я хотела возмутиться, но комендант радостно схватил меня за локоть и поволок в сторону женского общежития, приговаривая, что приключилось просто чудовищное недоразумение, и он намерен его исправить вот-прям-щас.

Кажется, Грогон все-таки что-то оторвал коменданту в качестве предупреждения, потому как дальше случилась чистая магия: мне выделили комнату лучше и больше предыдущей, и в ней имелась вся мебель. Мало того, мебель была новая, а комната – чистая-пречистая, разве что не вылизанная. По сравнению с пыльной комнатушкой без стола, доставшейся мне в первый раз, это был прогресс.

Комендант сто тысяч раз заверил меня, что совсем скоро мои пожитки будут мне возвращены, осталось потерпеть вот совсем немного, но просто прекрасно, что я такая умная и понимающая и догадалась прикупить средства личной гигиены.

В общем, когда я выставила подозрительно услужливого коменданта, ужин оказался безнадежно пропущен. Но есть не хотелось, хотелось найти Винсента и допросить его с пристрастьем.