Любовь и прочие яды (СИ)

Было бы странно, если бы мы вдруг после пары дней страстных обнимашек внезапно превратились в обычных приятелей.

На этих словах я вспыхнула, а шагающий рядом Логан покосился на нашу парочку с некоторым неодобрением. Со стороны выглядело, будто я прижимаюсь к Винсенту, а он шепчет мне на ушко всякие пошлости, от чего я стремительно краснею. Кошмар!

– А во-вторых, – меж тем продолжал маг, – все равно нам придется продолжить проводить время вместе. Или ты уже не хочешь выяснить, кто подлил приворот?

– Хочу, – мрачно ответила я, бросив попытки отстраниться от Винсента.

– Хочу выяснить и откусить ей голову.

– Голову откусывать нельзя, иначе дознавателям нечего будет спрашивать. Но я отвернусь, если ты захочешь расцарапать ей лицо. Или что там вы девушки делаете в таких случаях.

Я хотела сказать, что братья меня научили ломать руки в нескольких местах одним движением, но решила оставить эту ценную информацию при себе. Технически, я бы, наверное, и из объятий с Винсентом могла бы вывернуться, но почему-то не хотелось.

И если не считать Винсента, который при любом удобном случае так и норовил меня приобнять, день был совершенно банальным. Он вообще состоял в основном из скучных, общеобразовательных предметов, которые наверняка могли бы быть интересными, если бы лекторы вкладывали чуть больше эмоций в свою речь, а семинаристы хотя бы постарались изобразить заинтересованность.

Возможно, проблема была в том, что мне эти предметы уже преподавали, и преподавали лучше, чем здесь. Но я все равно искренне считала, что лектор по истории откровенно халтурит.

Просто потому что сегодняшняя тема была посвящена самому моему больному вопросу – рождению пассивной магии в нашем мире, и уважаемый магистр Шалтон его осветил одной исчерпывающей фразой «В тысяча двести пятом году от Великого схождения планет было зафиксировано рождение первого мага с пассивной магией».

Все. Точка.

И ни того, что это была дочь верховного мага прибрежного города Апсан, ни того, в каком шоке была общественность, ни того, что эта девушка положила начало целой отрасли зельеварения.

Ни полсловечка о ее тяжелой жизни с клеймом мага без магии! Я аж возмущенно заерзала на лавке, поняв, что уважаемый лектор вообще больше к этой животрепещущей теме не вернется.

Но тут совершенно неожиданно сладкую дрему аудитории нарушил сильный голос сидящего рядом со мной Винсента:

– Магистр Шалтон, а вы не могли бы поподробнее рассказать про первого мага без магии? Это же точка отсчета пассивной магии.