Наплевав на посторонних, Ольга первым делом подошла к Тихону. Погладила любимого по руке, легонько сжала. Скользнула щекой к его покрытой щетиной скуле и замерла так на несколько коротких секунд, делясь с ним своим теплом и силой. За спиной раздалось тихое фырканье. К черту! Пусть эта Ирина думает, что хочет. А ей просто нужно быть рядом с ним. Пусть и с опозданием, дать понять, что вот я! Ты можешь на меня рассчитывать… Но Тихон, похоже, не нуждался в помощи. Чуть нахмурившись, он высвободился из объятий Ольги и вернулся к прерванному разговору.
Ну… Это было ожидаемо, да. Но от этого не менее больно.
Делая вид, что ничего не случилось, Ольга переключилась на Катю:
— Помощь с уборкой нужна?
Девочка покачала головой:
— Мне только здесь пол вымыть осталось.
Да уж… Давно Ольга не чувствовала себя такой неприкаянной и ненужной. Может быть, если бы она узнала чуть раньше о происходящем, Тихону бы не пришлось взвалить это все на себя? Но к моменту ее прихода он уже покончил со всеми организационными моментами.
Даже о поминках договорился.
Они сидели в полутемной кухне и молчали. Ирина почему-то не торопилась уходить, а ведь больше всего Ольге хотелось остаться с Тихоном наедине. Прижать к себе его лохматую голову и дать выплакаться. И к черту весь этот бред о том, что мужчины не плачут!
— Как прошло собрание? — просипел Гдальский. Ольга моргнула. Вскинула взгляд. Собрание? При чем здесь оно? Разве важны сейчас все эти глупости?
— Как обычно, зря потраченное время, Тиш…
— Что говорили?
Да какая, к черту, разница, когда такое случилось? Когда ты сиротой остался и, наверняка, от боли хочется выть?! — хотелось крикнуть Ольге.
Но Гдальский упрямо не сводил с нее тяжелого мутного взгляда, и она, откашлявшись, прошептала:
— Решили, что после ресторана дети все же пойдут на встречу рассвета. Да, как всегда, деньги сдавали…
О последнем Ольга сказала без задней мысли. А Тихон еще сильнее напрягся:
— Сколько сдавать надо? Кать, иди, я тебе денег дам.
А, черт! Совсем наличности не осталось…
Ольга накрыла ладонью, руку Тихона, шарящую в кошельке:
— Я за всех четверых сдала. Все нормально. Не беспокойся.
И снова Ирина фыркнула. Ольга сжала руку сильней, убеждая, что выпихать эту злую ведьму пинками — так себе вариант.
— Я верну тебе деньги завтра!
Глядя в темные неспокойные глаза Гдальского, Ольга сдалась. Подняла руки вверх в знак примирения. Хотя внутри кипела не меньше Тихона.
