Встали из-за стола и теперь неловко топтались у двери.
— Уже уходят, — разочарованно протянул Сергей Осипович и развел руками, — даже на торт не остались.
Ольга хотела сказать, что она и сама уходит. Но старик и без того был настолько подавлен, что у нее просто не повернулся язык.
— Ну, и скатертью дорога. Нам больше будет!"
"— Мы им потом с собой завернем, — раздался голос Тихона за спиной. Ольга вздрогнула, не отрывая взгляда от своего старшего. Тот на заявление Гдальского никак не отреагировал. Лишь Катину руку сжал так, что у нее побелели пальцы.
Нет… Все же, если бы не Сергей Осипович, плюнула бы она на все и ушла. Но ведь чертова жалость…
— Слышали? Вечером будет доставка. Буду ждать вас на чай. Катюш, ты тоже приходи, хорошо? Я с тобой пошептаться хотела, да все никак…
— Оль… — на талию Ольги легли горячие тяжелые руки. — Извини, а?
— Наломал-таки дров, — покачал головой старик. — Так можно и без невесты остаться, Тиша…
— Вот еще, коней на переправе не меняют. Да, Оль? — спросил, вроде бы и шутя, но не сводя с Ольги пристального тревожного взгляда.
— Коней — да, а вот ослов можно, — пробурчал Сергей Осипович, возвращаясь в кухню. Ольга не удержалась — улыбнулась невесело:
— Да уж… Лучше не скажешь.
— Мне правда очень жаль.
— Ладно. Я тоже погорячилась. Только, если честно, я совершенно не представляю, как мы будем жить дальше.
— Это еще почему?
— Да потому, что ты всегда будешь на стороне Кати, а я — на стороне сына. Случись что между ними…
— Тшш… Ничего не случится.
Я не позволю.
— Их отношения не в твоей власти.
— Зато наши — в моей. А они — взрослые. Пусть сами разбираются. Вдруг и правда у них любовь, а мы тут уже невесть чего напридумывали.
— Я не знаю, Тиш… Слишком все сложно. Мы ведь не таких отношений хотели, так? — Сердце Ольги тревожно билось. Она любила Гдальского всем сердцем, но было ли у них будущее? Еще вчера Ольга бы ответила утвердительно. Сегодня же её уверенности поубавилось.
— Я не отношений хотел, Оля. Я хотел тебя.
И сейчас хочу. С утра ничего не поменялось. — Тихон поцеловал ее в лоб, как ребенка, будто подводя черту под разговором. — Все выяснили?
Ольга пожала плечами.
— Тогда пойдем. Там уже, наверное, и чай остыл.
Глава 20
Ольга не знала, что там остыло у Тихона, чай или что-то еще… А вот сама она словно в прорубь упала. И то, что раньше казалось таким простым, вдруг оказалось сложным. В ожидании возращения детей она сидела в собственной кухне и ковыряла вилкой торт.
