Любовь и ветер

Ушел он на работу или поехал за доктором? Дай Бог, чтобы не за доктором. Наконец она была одна и могла немного подумать.

Она села, потянулась. А потом, не веря глазам, уставилась на человека, сидящего за столом.

— Я думала.., тебя здесь нет, — сказала она удивленно.

— Да ну?

Ей не понравился его спокойный тон.

— Считай, что я остался здесь из любопытства. Мне хотелось посмотреть, выздоровеешь ли ты так же чудесно, как вчера.

— Мог бы по крайней мере хоть немного посочувствовать.

Он поднялся из-за стола, подошел к кровати и посмотрел ей прямо в глаза.

Джесси занервничала под его взглядом.

— Ты беременна!

— Нет, — сказала она слишком поспешно и уже спокойнее повторила:

— Правда, нет.

— Правда, да.

Он сел на край кровати, стянул с нее одеяло.

— У тебя прекрасная грудь, — сказал он, нежно дотрагиваясь до нее. — Странно, но она стала полнее с тех пор, как я последний раз ласкал ее.

Джесси отбросила его руку.

— Не говори ерунды.

— Не испытывай мое терпение, Джесси. — Он схватил ее за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза.

 — За свою жизнь я много вертелся возле женщин. Перед тем как мать вышла замуж за Юинга, половина ее клиентуры были беременные женщины. Это был единственный период в жизни женщин, когда они имели законное право обновить свой гардероб. Так вот, они без стеснения обсуждали свои проблемы, не обращая на меня никакого внимания. Ты думаешь, я не знаю, почему по утрам ты никому не показываешься на глаза?

Она снова отбросила его руку, злясь, что он оказался таким осведомленным.

— Оставь меня.

— Ты что, собиралась от меня скрыть свою беременность? Чтобы я уехал, ни о чем не зная?

— Это мои дела, а не твои.

— Нет, больше мои, чем твои.

— Да неужели? А что изменится теперь, когда ты знаешь? Ничего.

— Мы поженимся.

— Нет. — Она медленно покачала головой. — Когда я узнала об этом, я сначала тоже так подумала. Но потом я нашла тебя в постели проститутки.

— Джесси, ведь ничего не случилось. Я был пьян.

— Я знаю. Но ты собирался.

Если я выберу когда-нибудь мужчину, то он никогда не взглянет на другую женщину. Я не потерплю неверности. Иначе… Не имеет значения. Ты всегда подхватывал любую, какую хотел. И всегда останешься донжуаном.

— Не истязай себя, Джесси, — сказал тихо Чейз. — Мне достаточно тебя одной.

Под его непреклонным взглядом она вдруг почувствовала возбуждение.

— Спор окончен, — сухо бросила она.

— Это спор о моем ребенке.

— Нет, о моем. Это я страдаю, я вынашиваю его.