Любовь и ветер

И когда она навалилась на него, он уже ни о чем не думал. Чейз перевернулся, она оказалась под ним. Его охватило яростное нетерпение."

"Джесси почувствовала, как он снимает ремень и рубашку. Его рука коснулась ее груди. Легкий стон удовольствия, который он услышал, довел его до сумасшествия. Он был слишком возбужден, и ему было не до нежностей. Ей тоже. Его рубашка трещала, когда она расстегивала ее, желая дотронуться до его обнаженной плоти. Его кожа обжигала ее, а руки гладили твердые мускулы плеч.

Какой-то слабый голос, точно из подсознания, пытался спросить ее — какого черта она делает.

Его губы кусали ее до синяков, но этого она и хотела. Он принялся стягивать с нее брюки, и она помогала ему избавиться от них. Она вся пылала и не могла вынести лишней секунды ожидания. Потом, крепко схватив его за волосы, потянула к себе.

— Я хочу тебя, — хрипло прошептала она. — Сейчас же!

Он поцеловал ее в шею:

— Но я хочу почувствовать всю тебя.

— Чейз, скорее, скорее!

И его желание увидеть ее обнаженной в лунном свете оказалось не таким сильным, как ее настойчивая мольба.

Он мгновенно разделся, и она обхватила его ногами… Внезапно он замер. Она — девственница!

— Боже мой! — прошептал он. Никогда в жизни не оказывался он в таком несчастном положении. — Извини, Джесси.

Она не слушала, а все сильнее прижималась к нему. И внезапно задохнулась — от неожиданности. Никто никогда не говорил ей, что может быть больно.

Вот то, чего она хотела!..

Когда Чейз упал рядом и затих, Джесси нежно притянула его к себе.

— Как чудесно! — прошептала она в упоении. Оп поднял голову.

— Более чудесно, чем ты сама это понимаешь, — сказал он тихо.

Его губы ласкали ее кожу, как легкое перышко, они летали, касаясь ее шеи и уха. Потом он положил голову на ее плечо и глубоко, удовлетворенно вздохнул.

Никогда у него не было женщины, которая хотела бы его с такой же дикой страстью, как и он ее. И даже девственность не остановила Джесси. Ах да, ее девственность. Как он про это забыл! Проклятие!

Джесси почувствовала напряжение Чейза.

— Что-то не так? — спросила она.

— Ничего, — торопливо ответил он. Джесси нахмурилась:

— Ты сожалеешь о том, что случилось?

— А ты?

— А почему я должна?

— Ты же была девушкой, — с болью вздохнул он.