Любовь. Измена. Развод

— М?

Света хочет что-то сказать, но, как назло, в этот момент у меня звонит телефон. Брат.

Макс, как всегда, «вовремя».

— Прости. Нужно ответить. Чего тебе, чудовище?

— Жек, к нам тут Васька приехала, тебя требует. Так что приезжай. Ждем.

Мельком смотрю на Свету, потом на раскинувшийся перед нами двор.

— Ладно. Но я не один буду.

— Это та, о ком я думаю?

— Да.

— Ну все, я тогда мясо в гриль загружаю. Не тормозите там. И да, если ты за рулем, я тебя умоляю, поменяйтесь со Светланой местами.

Брат ржет и отключается.

— У тебя какие-то планы были? — сосредотачиваю внимание на Свете.

— Мы собирались погулять.

— Это я помню. Но, судя по всему, они изменились.

— Ну я тогда пойду, — тянется к ручке двери.

— Я не про то. В гости поедем.

— В десять вечера?

— А когда и кого это останавливало?

Глава 23

Света

Женя неторопливо заводит машину, а я даже не знаю, что ответить. Вроде как не соглашалась ехать с ним в гости, но и категоричное нет тоже сказать не получается.

Это нормально вообще?

Какие-то совместные гости в десять вечера с мужчиной, которого я знаю пару дней.

Разве этого я хотела?

Оттягиваю рукава кофты и невольно бросаю взгляд на Женю. На нем такой же белый костюм.

Свой я купила днем, почти сразу, как Снегур уехал.

Нужно было чем-то себя занять. Онлайн-шопинг выручил. Мне привезли ворох пакетов, из которых я выкупила практически все. Вот эту жилетку и костюм в первую очередь.

Это странно, но когда надела худи, почувствовала себя более защищенной. Такая огромная кофта, в которую заворачиваешься как в кокон. Рукава скрывают пальцы почти до самых кончиков, а капюшон можно использовать вместо парашюта, честное слово. Моего размера не было, поэтому взяла на целых два больше, и не жалею.

Женя максимально плавно притормаживает на красном светофоре. Сталкиваемся глазами. Очень хочу отвести взгляд, но снова не выходит. Как зачарованная его разглядываю.

Ладошки потеют. Что со мной такое-то вообще? Мне давно не пятнадцать, чтобы вот так остро реагировать на симпатичного мальчика. Да и Снегур на «мальчика» совсем не тянет.

Улыбаюсь и решаю прервать молчание, от которого мое смущение лишь усиливается.

— К кому мы едем?

— К брату моему. Макс. Помнишь?

— Конечно. Трудно забыть человека, который радостно матерился на всю улицу после рождения дочери.

Женя кривовато усмехается.

Мы снова погружаемся в тишину.